Магия любви
![Магия любви](/uploads/covers/2023-03-05/magiya-lyubvi-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Магия любви"
Глава 14
Бейлфайр стал появляться дома еще реже, чем раньше. Иногда он брал с собой Летти, но лишь в ближние прогулки, когда ничего не планировал — просто, чтобы развлечь сестру, обижавшуюся, что он совсем ее забросил. Белль подозревала, что большую часть времени Бэй проводит с Грейс. Тем более иногда он приводил ее в гости. Белль скучала по нему и знала, что Румпельштильцхену тоже не хватает присутствия сына, но они оба понимали, что у Бэя теперь своя жизнь, куда им не стоит вмешиваться.
Летти же любила бывать в гостях у Эммы, с которой они сдружились как сестры. Белль переносила ее в королевский дворец, пользуясь случаем, чтобы пообщаться с Белоснежкой. Иногда та делала ответный визит, но не часто — все-таки у королевы слишком много обязанностей и забот, чтобы постоянно ходить в гости. Регина, прежде без конца возившаяся с названной сестрой, теперь чаще стала пропадать на конюшне. Впрочем, ни Эмма, ни Летти не жаловались — им было прекрасно и вдвоем.
С не меньшим увлечением, чем играла с подругой, Колетт перенимала приемы магии у отца. Она все лучше и лучше контролировала свои силы. И теперь в доме больше ничего не билось и не взрывалось.
Тем утром Белль проснулась с ощущением недомогания. И вроде бы ничего не болело, но общее самочувствие было довольно скверным. Румпельштильцхена рядом уже не было, и Белль, с сожалением вздохнув, уткнулась носом в подушку, еще хранившую его запах. Увы, справиться с чувством легкой дурноты это не помогло. К тому же стало душно. Снова вздохнув, Белль поднялась, накинула шелковый пеньюар и открыла окно. И только с наслаждением втянув в себя прохладный осенний воздух, она вдруг осознала, что с ней происходит.
Белль радостно улыбнулась и положила ладонь на живот, осторожно касаясь магией. Да! В ней действительно зародилась новая жизнь. И на этот раз все будет, как положено: она сообщит мужу новость, а не наоборот!
— Ты простудишься, если будешь стоять у открытого окна — не лето все-таки, — раздался голос Румпельштильцхена.
Белль улыбнулась еще шире и обернулась. Он водрузил поднос с едой на ближайшую табуретку, а Летти увлеченно расставляла все принесенное на круглом мраморном столике. Когда-то, когда еще не было с ними ни Колетт, ни даже Бейлфайра, Белль с Румпельштильцхеном любили завтракать в своей спальне за этим столиком, не спускаясь в зал. Это воспоминание вызвало волну нежности.
— Мы с Летти решили, что можно сегодня позавтракать здесь — думаю, втроем мы уместимся, — сообщил Румпельштильцхен.
— Отличная идея, — одобрила Белль и, наклонившись, поцеловала дочь в макушку, после чего обняла мужа. — Спасибо.
— Я знала, что тебе понравится, — довольно сообщила Летти, устроившись на стуле и тут же принявшись накладывать себе в блюдце варенья.
Не менее довольный собой, чем дочь, Румпельштильцхен коротко поцеловал Белль — если бы не присутствие Летти, поцелуй был бы гораздо более долгим — и призвал недостающие стулья.
Ощущение тошноты прошло, и Белль с аппетитом съела несколько блинчиков с вареньем, слушая веселую болтовню Летти, которая умудрялась есть и говорить одновременно, хотя ее неоднократно за это ругали.
— Летти, сколько раз повторять — ведь подавишься, — укоризненно заметила Белль.
— Извини.
Дочь мило улыбнулась и некоторое время ела молча. Но хватило ее ненадолго. Правда, на этот раз она соизволила прожевать, прежде чем начать говорить. Румпельштильцхен с усмешкой покачал головой.
— Мам, смотри, как я умею! — Колетт повела рукой над своей чашкой, и над ней поднялся густой пар, медленно сложившийся в изображение скачущего на лошади человека.
— Чудесно, милая, — улыбнулась Белль.
И заинтересовалась, будет ли ее второй ребенок столь же сильным магом. Скорее всего — да, учитывая, кто его отец. Эта мысль, а также то, с какой гордостью Румпельштильцхен наблюдал за фокусами Колетт, заставила ее улыбнуться еще шире. Ее переполняло такое счастье, что даже становилось немного страшно — не придется ли за него заплатить?
— Белль? — Румпельштильцхен смотрел теперь на нее — с веселым любопытством. — Что-то случилось?
Она кивнула, уже не в первый раз поражаясь его умению чувствовать оттенки ее настроения. Но прежде чем Белль успела ответить, Летти, взмахом руки развеяв свою иллюзию, заявила:
— Мама очень-очень счастлива, потому что… — внимательно посмотрев Белль в глаза, она неуверенно заключила: — Узнала что-то хорошее?
Белль ошарашено поморгала. Румпельштильцхен говорил как-то, что предполагает у их дочери сильные способности эмпата, но до сих пор ей не приходилось с этим сталкиваться. Муж же не удивился ни капли — только слегка улыбнулся и, откинувшись на спинку стула, спросил:
— И что же это за хорошая новость?
Белль сглотнула. Вот вечно ее опережают. С ума сойти — жить с магами!
— Ребенок, — лаконично ответила она.
Румпельштильцхен недоуменно приподнял брови:
— В смысле?
— В прямом, — Белль ухмыльнулась — в кои-то веки удалось его удивить. — У нас будет ребенок. Летти, милая, хочешь братика или сестренку?
Колетт взвизгнула от восторга, подпрыгнув на стуле.
— А я могу выбрать?
Белль рассмеялась:
— Нет, родная, выбрать ты не можешь — уж кто родится, тот родится.
— Ну и ладно, — Летти не слишком и расстроилась. — Я все равно рада.
Белль ласково потрепала ее по голове. За все время их маленького диалога Румпельштильцхен не пошевелился и даже, кажется, моргать перестал, неотрывно глядя на Белль. Она адресовала ему вопросительный взгляд, и тогда он, взяв ее руку, с безграничной нежностью поцеловал пальцы. Когда же Румпельштильцхен поднял голову, снова посмотрев ей в глаза, в них Белль прочла всю его любовь и благодарность — никаких слов уже было не нужно.
— Как мы его назовем? — вмешалась Летти.
Румпельштильцхен с улыбкой повернулся к дочери, так и не выпустив руки Белль, переплетя их пальцы.
— А как бы ты хотела?
Это ее озадачило, и она на некоторое время замолчала, размышляя. Белль тихонько хихикнула и обменялась с мужем веселым взглядом. Наконец, Летти пожала плечами:
— Пока не знаю. Но я еще подумаю.
Позже Белль нашла Колетт в библиотеке, изучающей книгу столь объемную, что удивительно, как ей не тяжело было держать фолиант на коленях.
— Что ты читаешь, Летти? — с любопытством спросила она.
Колетт, рано научившаяся читать, унаследовала от матери страстную любовь к этому занятию. Но все-таки книга была ей не по возрасту.
— Ищу имя, — сообщила она, не отрываясь от своего занятия. — И одно уже нашла.
Немного подождав продолжения, Белль спросила:
— И какое же?
— Лорелейя, — Колетт подняла голову и солнечно улыбнулась. — Это если будет сестренка. А для братика я не могу выбрать из трех вариантов: Раймунд, Алард и Дедрик.
Белль хмыкнула. Нарочно ли Летти подбирала такие имена или случайно вышло? Все они в своем значении заключали силу, защиту, храбрость. Хотя, учитывая книгу у нее на коленях, скорее всего, искала специально.
— Давай мы предложим выбрать папе? — мягко предложила Белль.
— А ты? — удивилась Летти.
— А я выбирала имя для тебя. Думаю, будет справедливо, если теперь решит он.
Летти подумала, кивнула и тут же сорвалась с места, заявив, что хочет немедленно сообщить отцу, какие варианты нашла. Белль тихо рассмеялась, посмотрев ей вслед.
Позже Румпельштильцхен сообщил, что после длительного обсуждения они остановились на Аларде. И надо было видеть, с каким счастливо-довольным видом он это говорил. Кажется, он был уверен, что будет мальчик. Впрочем, может, и правда был уверен — ведь про Колетт знал же заранее.
И оказался прав. Их сын родился в начале лета, почти одновременно с сыном Прекрасных — с разницей всего несколько дней. Белоснежка пригласила их на церемонию представления новорожденного принца подданным.
Зал уже был полон народу, когда появились Белль с Алардом на руках, Румпельштильцхен, Бэй и Летти. Оказавшиеся неподалеку люди невольно вздрогнули от их неожиданного появления, но никто не отшатнулся испуганно, как это бывало когда-то. Напротив — улыбались и вежливо кивали. Да, многое изменилось в Зачарованном лесу.
К ним уже спешила Регина в пышном белом платье, следом за которой чуть не бежала Эмма — в светло-розовом. Присев в реверансе и поздоровавшись, как подобает по этикету, обе тут же потеряли свою величественность. А еще несколько мгновений спустя умчались вместе с Бейлфайром и Колетт.
Румпельштильцхен проводил их слегка обеспокоенным взглядом и едва заметно шевельнул ладонью, навешивая на Летти магический маячок, чтобы сразу узнать, если что-нибудь случится. Белль покачала головой — он неисправим, — но ничего не сказала. В конце концов, учитывая неугомонный характер Летти, это могло и впрямь оказаться нелишним.
— Дорогие друзья, — на возвышение в центре зала поднялся Дэвид с сыном на руках, и все разговоры немедленно смолкли, — мы давно с нетерпением ждали церемонии коронации новорожденного принца. Его появление стало для нашей семьи поводом для безмерной радости. Жители Зачарованного леса, позвольте представить вам нашего сына. Принц Теодор.
Белль поаплодировала вместе со всеми и направилась к сияющей Белоснежке, чтобы поздравить ее. Румпельштильцхена, несмотря на попытки сопротивления, она потащила за собой.
— Белль! — Снежка, едва заметив ее, тут же бросилась навстречу со счастливой улыбкой. — Рада, что ты пришла. Я боялась, ты не сможешь…
И выразительно посмотрела на мирно сопящего Аларда, которого нисколько не беспокоил шум вокруг.
— Мы и не собирались, — вставил Румпельштильцхен с ноткой недовольства. — Глупая традиция.
Белль укоризненно на него посмотрела, Белоснежка же не обратила внимания, забирая у Дэвида начавшего хныкать сына.
— Забавно все-таки, как наши мальчики родились почти в одно время, — жизнерадостно произнесла она, покачивая его.
Румпельштильцхен фыркнул на это заявление, заработав от Белль еще один укоризненный взгляд. Он пожал плечами, всем своим видом демонстрируя, что мирится с окружающей обстановкой только ради дорогой семьи, которой почему-то нравится здесь бывать. Белль закатила глаза — и ведь никогда не признается, что и сам за эти годы успел подружиться с Дэвидом. Не переставая при этом поддевать его по любому поводу. Но и принц теперь в долгу не оставался, и, похоже, оба получали от этого огромное удовольствие.
* * *
Солнце немилосердно жарило, и Бейлфайр с Грейс спрятались в тени раскидистого дерева на берегу реки. Они полулежали на широком покрывале, посередине которого были разложены хлеб, сыр, копченое мясо и фрукты. Бейлфайр спонтанно устроил этот пикник — просто захотелось посидеть с Грейс где-нибудь на природе. И он утащил ее, оторвав от выпечки пирога. Точнее она еще не начала — только собиралась, с забавно-сосредоточенным видом изучая кулинарную книгу. Грейс немного посопротивлялась для виду, но сдалась, когда Джефферсон с усмешкой сказал:
— Иди, милая, отдохни. Пирог подождет.
Если поначалу Джефферсон подозрительно посматривал на Бейлфайра, когда тот забирал куда-нибудь Грейс, то теперь стал гораздо дружелюбнее и даже сам убеждал ее пойти погулять.