Баламут
![Баламут](/uploads/covers/2023-05-13/balamut-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Василий Горъ
- Жанр: Городское фэнтези / Самиздат, сетевая литература / Боевое фэнтези / Магическое фэнтези
Читать книгу "Баламут"
* * *
…К третьей «хрени» мы соваться не рискнули. Из-за восемнадцати «бегунков», безостановочно нарезавших круги в радиусе пятидесяти метров от «обелиска»!
«Примчались, пока мы сюда добирались…» — отпальцевала Шахова, придя к тому же выводу, что и я.
«Ага. У других обелисков наверняка творится то же самое, а значит, соваться к ним — идиотизм…» - ответил я.
«Это еще не все: я почти уверена, что следом за «бегунками» к каждой хрени бегут более тихоходные особи…» — продолжила Лариса Яковлевна и снова повторила мои мысли.
Я пожал плечами и отпальцевал два последних предложения:
«Может быть. Но на этих мы не полезем…»
Язва согласно кивнула, по моей безмолвной команде бесшумно отошла от опушки метров на десять, затем заняла привычное место за моей спиной и активировала крылья ветра.
До временного убежища Долгорукой добрались за считанные минуты, успокоили всполошившуюся было девушку, сообщили, по какой причине и куда именно уходим, встроили ее в наш ордер и рванули на запад. Прямо при свете занимающегося утра, ибо оставаться в непосредственной близости к «хрени» и без малого двум десяткам слишком уж активных «бегунков» были не готовы.
Как выяснилось минут через двадцать, свалили не зря: две особи этого типа как-то обнаружили наши следы, рванули вдогонку и даже догнали. Да, на свою беду, ибо приближение этих тварей засекла даже Рина, ну, а я изобразил примитивную охотничью петлю и на пару с Ларисой Яковлевной стряхнул хвост самым радикальным способом. Впрочем, понимая, что при наличии у корхов связи это будет полумерой, изменил направление движения и принялся затирать следы. А где-то через час загнал дам в приличное озеро и вместе с ними переплыл это препятствие по диагонали.
Да, рисковал попасться на зуб мутировавшим рыбкам. Но все обошлось, так что в районе десяти утра мы снова свернули на запад. А ближе к полудню натолкнулись на группу из четырех корхов, бодренько возвращавшихся к Червоточине. Как выяснилось после скоротечной схватки, в которой, кстати, «приняла участие» наша подопечная, эти особи тащили на Ту Сторону по два десятка «грузовых» блях с трофеями!
Бляхи мы, естественно, позаимствовали, «перепрошили» и закрепили кто на ремнях, кто на перевязи. Пока возились с их надежной фиксацией, Рину перестало выворачивать наизнанку, и мы, дав ей время как следует умыться, снова рванули по направлению к «Девятке». А в четырнадцать с минутами услышали отдаленный гул и пришли к выводу, что это канонада!
С одной стороны, это обрадовало, так как подтверждала, что Империя во всю воюет, а мы потихоньку приближаемся к линии фронта, а с другой не на шутку расстроило, ибо такая плотность стрельбы могла понадобиться либо при наступлении, либо при противодействии очень сильному врагу. В общем, на следующем привале мы не столько отдыхали, сколько вслушивались в отдаленный грохот и злились. Потом научились абстрагироваться. Да, абы как, но на марше не отвлекались. А в девятнадцать сорок, наконец, добрались до новой границы между желтой и синей областями, пробежали еще километра три и попробовали подышать без респиратора и сфер. Вернее, попробовал. Я. И экспериментировал порядка четверти часа, постоянно прислушиваясь к своему организму. А когда удостоверился в отсутствии в воздухе «лишних» мутагенов, перестраховался еще немного — заявил, что разрешу избавиться от изрядно надоевших «украшений» на следующей подобной границе. То есть, уже в зеленой области. Само собой, в том случае, если второй эксперимент даст такие же результаты.
И не обманул. Мало того, понимая, что дамы проголодались ничуть не меньше, чем я, совместил приятное с полезным — попробовал подышать без сферы на берегу небольшого безымянного озерца. И, порадовавшись нужному результату, со спокойно совестью скинул марево. После чего заявил, что этот привал продлится не меньше часа, а значит, можно будет даже ополоснуться. Нет, никакого риска в этом не было, ведь к этому времени уже стемнело, в зоне досягаемости чувства леса не было ни одного живого существа крупнее глухаря, а дроны в Зоне не летали от слова «вообще».
Радости было — мама не горюй. Долгорукая, еле слышно взвизгнув, рванула к озеру, на бегу вытащила из кольца коврик, бросила на землю у самой воды и принялась срывать с себя одежду. Шахова обошлась без визга и по берегу спустилась помедленнее, зато разделась быстрее нашей подопечной, так как не суетилась и не делала лишних движений. Зато после того, как зашла в воду по пояс и присела, аж застонала от удовольствия!
Я, естественно, тоже последовал их примеру. Но только после того, как «сел» на ауру подходящего дерева и обнулил шансы потерять лицо. И пусть вид обнаженных тел этой парочки волновал даже так, разум это не туманило и меня не подставляло. Впрочем, с водными процедурами я закончил самым первым, вышел на берег, наскоро высушил тушку, оделся и занялся делом — выбрал достаточно ровное место, уничтожил насекомых, достал и постелил свой коврик, выложил на него сухпайки и бутылки с водой, соорудил сидячие места и так далее. И все это — не обращая внимания даже на силуэты дам. Так что голос Ярины, внезапно прозвучавший прямо за спиной, заставил на миг переключиться в боевой режим:
— Ра-ат, глянь, пожалуйста, что там с моим сродством к Воздуху?
— Наверняка стабилизировалось. Но посмотреть посмотрю… — отозвался я, повернулся к ней и мысленно порадовался тому, что девушка догадалась натянуть штаны от комбеза и армейский топ. Потом заставил себя оторвать взгляд от груди, аппетитно обтянутой очень плотной тканью со специальными вставками, прижал ладонь к коже над ядром и вскоре выдал вердикт: — Как я и говорил, все в норме.
Долгорукая засияла, но куда менее ярко, чем должна была. Но удивиться я не успел:
— Спасибо! А теперь вопрос: не могли бы вы с Язвой показать мне хоть какое-нибудь боевое плетение? А то я чувствую себя… неважно.
Я медленно поднял голову, поймал ее взгляд и хмуро поинтересовался:
— Дерево с обломанной ветвью и чуть изогнутым стволом видишь?
— Да.
— Разбегаешься, набираешь предельную скорость и врезаешься в него. По возможности, головой. А когда удар выбьет из твоей бестолковки все дурные мысли, задаешь тот же самый вопрос, но как другу, а не… хм… абы кому!
Долгорукая смутилась и виновато выдохнула:
— Прости, просто я…
— Рин, беги: судя по всему, дурные мысли никуда не делись! — хихикнула Язва, нарисовавшись за ее спиной.
Девушка чуточку поколебалась и… последовала ее совету: разогналась, подлетела к дереву, уперлась в него руками и три раза легонечко приложилась к нему лбом. Затем неспешно вернулась обратно, плюхнулась напротив меня и затараторила:
— Рат, Лар, научите меня какому-нибудь жутко крутому заклинанию, а то мне хочется грохнуть какого-нибудь корха, а буйный рост или цветение, увы, не убивают…
…От озера ушли только во втором часу ночи, то есть, только после того, как наша подопечная запомнила плетение обезглавливания и несколько раз более-менее уверенно создала заклинание. Кстати, перед началом движения Ярина предупредила, что «скользить» по аурам деревьев не будет, ибо жаждет как можно быстрее вбить схему в подсознание, так что будет тренироваться на ходу и всю дорогу.
Я бы тоже с большим удовольствием занял голову чем-нибудь важным, чтобы уйти в себя и двигаться по знакомым местам, не обращая внимания на то, что творилось в аурах красно-зеленых патриархов, не прислушиваться к все усиливающейся канонаде и не думать о том, что нас ждет на Стене, в форте и Савватеевке, но не мог себе позволить такой роскоши. Поэтому пропускал все вышеперечисленное через душу, потихонечку наливался ледяной яростью и предвкушал следующие встречи с корхами. До трех с четвертью утра, когда увидел на краю области досягаемости чувства леса очередные четыре силуэта этих тварей. Задумываться, атаковать или нет, не стал: тормознул группу, сообщил, что собираюсь завалить еще одну группу трофейщиков, распределил роли и мысленно усмехнулся, когда Ярина аж задохнулась от восторга.
— Работаешь именно так, как я сказал, и никак иначе. Договорились? — еле слышно выдохнул я на ухо Долгорукой и увидел несколько настолько энергичных кивков, что испугался за шейный отдел ее позвоночника.
Потом продолжил движение, чуть скорректировав курс, вышел на точку, которую не могли не пройти корхи, поставил Ярину за корнями выворотня так, чтобы к ней было сложно подобраться, объяснил, в каком секторе и по какой команде бить, а затем уделил немного внимания и Шаховой. На всякий случай. И не прогадал: ее воздушный кулак, ударивший с рекомендованной позиции, не только развернул трофейщиков в нужном направлении, но и создал сразу у двоих по первому фокусу сопротивления пелены!
Сразу после этой атаки Лариса Яковлевна начала метать ножи, создавая вторые, я, вылетев из-за ствола пихты, дважды ударил ножом ближайшего корха и, рыкнув «Бей!!!», прыгнул к следующему. Этого просто прикончил. Сам. Обезглавливанием. Ибо защиты на нем уже не было. Третьего, успевшего лишиться головы, оббежал. В процессе «посмотрев» чувством леса на первого и убедившись в том, что он, по сути, уже мертв. А после того, как на пару с Язвой порвал последнего, обратился к Долгорукой:
— Рин, своего добивать будешь?
— Заклинанием? — со злым предвкушением в голосе спросила она.
— Могу одолжить подходящий тесак! — усмехнулся я, вернул костяной нож в пространственный карман ладони и выхватив из ножен обычный.
— Одалживай! — без каких-либо колебаний заявила девушка, попросила разрешения покинуть позицию, дождалась моего кивка, примчалась к нам, вцепилась в рукоять не под свою руку и… попросила показать, как правильно убивать корхов. Хотя к «аромату» их крови еще не привыкла и чувствовала себя неважно.
Я, конечно же, пошел ей навстречу — подвел к «ее» трофейщику, тщетно пытающемуся зажать рану верхними конечностями и обреченно щелкающему наплечными костяными щитками, присел рядом с ним на корточки и прочел лекцию об анатомии этого конкретного вида особей корхов.
Конечно же, Великая Княжна запомнила далеко не все. Но первый удар в нервный узел над «клоакой» нанесла по правильной траектории и… с силой провернула. А когда недобиток задергался в предсмертной агонии, хищно раздула ноздри, величественно встала, заявила, что почти удовлетворена, и полностью перебила ему шею еще одним обезглавливанием!
— Красотка, че! — довольно хохотнула Язва, обрадовавшись достойному завершению боевого крещения нашей подопечной.
— Не красотка, а Бестия! — поправил ее я и веско добавил: — С этого момента и далее…
…К обретению прозвища Долгорукая отнеслась в разы равнодушнее большинства моих прежних «крестников»: да, явно отметила, что оно куда благозвучнее трех прежних, да, поблагодарила, но даже не подумала строить из себя величайшего рейдера всех времен и народов — спокойно вытащила из кольца бутылку с водой, крайне добросовестно отмыла тесак от «крови» и протянула мне.