Все красное или преступления в Аллероде
![Все красное или преступления в Аллероде](/uploads/covers/2023-12-03/vse-krasnoe-ili-prestupleniya-v-allerode-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Иоанна Хмелевская
- Жанр: Иронический детектив
- Дата выхода: 2010
Читать книгу "Все красное или преступления в Аллероде"
Естественно, я могла.
Обычно от дома Алиции до станции девять минут пути нормальным шагом. Приблизительно через полчаса мы были на полдороге.
– Это ужасно, у меня уже нет сил! – в отчаянии выкрикивала Эва. – Я никак не могу от него отделаться! Преследует меня на каждом шагу, является за мной на машине, не могу же я устраивать ему сцены на людях, вот и вынуждена была сюда приехать, ничего другого мне не пришло в голову. Больше всего боюсь, как бы Рой не узнал, он не поверит, что мне этот тип опостылел, ты ведь сама видела, каков он внешне!
– Да нет, мне он не понравился, – робко вставила я.
Эва в отчаянии махнула рукой.
– Джузеппе – брюнет, у Роя комплексы, он убежден, что я предпочитаю черных. И как ему объяснить, что это не так?! Ведь датский язык такой трудный… Черт бы побрал эти языки.
И в самом деле, положение Эвы осложнялось тем, что они с Роем общались исключительно на английском. Ни для Эвы, ни для Роя это не был родной язык, так что уже неоднократно случались недоразумения даже по самым простым вопросам. А что же говорить о таком сложном!
– Так что мне с ним делать? – в отчаянии выкрикнула Эва.
– Раз и навсегда отнять от груди! – без колебаний посоветовала я. – Ты, наверное, слишком мягко с ним обращаешься.
– Ох, не знаю! Ох, возможно! Но ты же знаешь, я не умею отказывать, когда вот так нахально пристают! Ох, как он меня измучил!
Она и в самом деле пребывала в таком глубоком отчаянии, что у меня язык не повернулся задать бестактный вопрос, не она ли убила Эдика, чтобы он ее не выдал, а после Эдика нанесла ущерб еще семи лицам. Да и не очень верила я в ее вину. Если еще могла поверить, что Эва способна убить кого-то в состоянии аффекта, то уж в предумышленном убийстве заподозрить ее было невозможно. А может быть, она положила начало, убив Эдика, а ее возлюбленный взялся продолжить начатое? Хорошо бы этот возлюбленный сейчас вернулся в гостиницу, чтобы сидящий в засаде Павел наконец его увидел.
– Послушай, а чем он, собственно, занимается, этот твой Джузеппе? Кто он?
– Не мой! Только не мой! – энергично запротестовала Эва. – Не мой!
– Ладно, ладно, не твой. Чем он занимается?
– Ох, откуда я знаю? Мне ведь это неинтересно. Ну он просто деловой человек. Какие-то дела, бизнес. Плевать я хотела на его бизнес и его деньги!
Молнией мелькнула мысль – хорошо бы на Джузеппе напустить Белую Глисту. Но я тут же спохватилась – уж очень отличались эти женщины внешними данными, и после Эвы Джузеппе уж никак не польстится на Глисту. Вот если бы он был слепой или ненормальный… А жаль.
– Он когда-нибудь был в Польше? – продолжала я хитрый допрос.
– Не знаю, – равнодушно ответила Эва. – Может, и был. Он по всему свету ездит. Ох, какое мне дело до того, был он в Польше или нет, я не знаю, что с ним делать в Дании! Сейчас!
– Думаю, тебе ничего другого не остается, как во всем признаться Рою, – тяжело вздохнув, посоветовала я. – Ну, даст ему Рой по морде…
– Рой впихнет меня в его объятия, – раздраженно прервала Эва. – Рой меня любит. Рой устранится с моего пути. Рой подумает, что с тем я буду счастлива!
Я с удивлением посмотрела на нее. Слово в слово то же самое говорили мы с Алицией. Надо же, какие мы умные!
– Знаешь, не исключено, что я к вам как-нибудь опять приеду, надо же мне куда-то приезжать, когда он силой забирает меня с работы! Так что предупреди Алицию. Он думает, мне у вас надо бывать из-за всех этих преступлений. Да, кстати, а больще никого у вас не убили?
Я была шокирована. Видно, и в самом деле ничто так не оглупляет и не оглушает, как любовь! И тут же самокритично призналась себе, что ведь и я сама гораздо сильнее переживала бы все эти преступления, если бы не была занята личными проблемами.
– Не знаю, на ком ты остановилась, – ответила я Эве. – Кто у тебя числится в последних жертвах?
– Вроде бы погибла тетка Торкиля, – неуверенно ответила Эва. – Вроде бы что-то такое с ней случилось…
– Э, ты здорово отстала. Во-первых, тетка Торкиля выжила…
– Что ты говоришь! В ее возрасте…
– Датские старушки очень крепкие и долговечные. Сейчас она поправляет здоровье в больнице. Во-вторых, после тетки жертвой пали Агнешка и фру Хансен, домработница Алиции. И вообще все окрестные больницы забиты несостоявшимися жертвами нашего убийцы. И Торстена там держат с подозрением на сотрясение мозга. С еще одной жертвы сняли скальп, а еще погиб совсем посторонний человек, абсолютно не предусмотренный программой. Вот какой активный наш убийца!
– Это ужасно, – рассеянно произнесла Эва. – Ну прямо гекатомба в Аллероде! Надо вам как-то с этим кончать.
Посадив Эву в поезд, я быстрым шагом пошла домой. И в самом деле, надо нам с этим кончать! Как мы можем допускать подобные преступления у нас в доме?!
Зося встретила меня попреками за то, что я так вежливо разговаривала с преступницей.
Я не поддержала разговора на эту тему, так как дома оказался Павел. (Мы не встретились с ним по дороге, потому что шли с Эвой не прямым путем к станции, а дали кругаля.) Естественно, я сразу накинулась на него с вопросом, видел ли он черного парня.
– Откуда? – ответил раздраженно Павел. – Опять проторчал напрасно. Не было его.
– Как это не было? Часа полтора прошло, как он уехал. И должен был быть. Как ты мог его не видеть?
– Да не было его, чтоб мне лопнуть! – защищался Павел, его малость испугал мой наскок. – С утра я сидел в гостинице, голодный как волк, на сосиски уже смотреть не могу. И никакого черного парня не видел. Мне пришлось смываться, потому как портье на меня нехорошо поглядывал, глаза я ему намозолил…
– Интересно! Какое тебе дело до портье? Пусть глазеет! Не мог еще с полчаса посидеть? Он обязательно бы вернулся.
– Да почему обязательно? Что, он не мог поехать в какое другое место? Свободно мог, а вернулся бы в час ночи. И вообще, я сижу, высматриваю его, а он мотается по всему городу! Может, есть другое место, где он обязательно появляется?
Ну, конечно! Есть такое место! Из того, что мне говорила Эва…
– Стой! – сказала я. – Ты прав, мы поступаем по-идиотски. Завтра я тебе скажу, где и когда точно он будет. Но это тайна, никому нельзя говорить. Если окажется, что это не он, я поставлю в неудобное положение одного человека.
– Как же не он, когда я столько времени его высматриваю, – возмутился Павел и убедил меня.
Алиция прибыла почти в одно время с господином Мульдгордом. Алиция пообедала, господин Мульдгорд отказался даже от кофе…
Прежде чем приступить к своим расспросам, он любезно поделился с нами сведениями, которые получил вчера. Оказалось, система управления Алициной машины была очень хитро выведена из строя, причем времени у преступника это заняло очень немного, а катастрофу гарантировало. В Дании ездят быстро и даже не на крутом повороте внезапный выход управления из строя обязательно грозит катастрофой. Возможно, преступник не стремился к тому, чтобы Алиция разбилась насмерть, возможно, его устраивало, чтобы она в слегка поврежденном состоянии была отвезена в больницу, и он, воспользовавшись ее отсутствием, мог бы приняться за поиски проклятого документа.
– Пани его ведать! – прокурорским тоном заключил герр Мульдгорд, наставив на Алицию указательный палец. – Пани блюсти тайна!
– Какую еще тайну я блюду?
– Яко убивец присно ищет. Пани ведать, пошто ищет убивец.
Алиция не могла себя заставить возразить полицейскому. Но и подтверждать не хотелось, и она сидела молча, чувствуя себя очень неловко. А полицейский продолжал оказывать на нее давление:
– Пани ведать, кто он есть! Пани ведать, пошто он ищет. Аз жажду ведати! Вещай!
– Не совсем так… И вовсе я не знаю, что он ищет. Я могу лишь догадываться, а мои догадки – мое личное дело. Они могут быть неправильными. И не знаю я, кто убийца! Знала бы, так сказала.
Нахмурив брови, господин Мульдгорд смотрел на нее с выражением величайшего неодобрения и продолжал обличать громким голосом:
– Пошто пани не давать алкоголь для гость головой скорбный? Аз разуметь польский. Мое ухо слышало. Гость возжелал алкоголь, пани не давать. Пани не возжелаху отверзти вместилище алкоголя, имея присно «Наполеон». Убивец уготовляху эксплозия, аще пани имея весть сию?
Алиция с возмущением опровергла обвинение в том, что она якобы знала о подготовленном взрыве шкафчика или, того хлеще, сама приготовила покушение на Бобуся. Не знаю, удалось ли ей убедить полицейского в своей невиновности.
– Аз глаголю: во оноже время пошто пани не давать алкоголь для ради гости?
Зося, Павел и я прекрасно понимали смущение Алиции, даже панику, отразившуюся на ее лице, когда она услышала этот вопрос. Разве можно этому датскому представителю властей, действующему в строгих рамках закона, поведать о всей сложности взаимоотношений с Бобусем и Белой Глистой? Разве можно убедить его, что дело не только в неначатой бутылке «Наполеона»? Что тут затронуты гораздо более тонкие материи?
Не получив ответа на свой вопрос, господин Мульдгорд стал еще более официален и задал вопрос в лоб:
– Пани собственная персона воздвигла эксплозия? Аз жажду ведати!
Тут взорвалась уже Алиция:
– Глупости! Делать мне нечего, только из-за всякого кретина портить свою мебель! Я уже не говорю о магнитофоне и оконном стекле!
В глазах герра Мульдгорда мелькнуло что-то вроде понимания. Он задумчиво смотрел на гневную Алицию и о чем-то напряженно размышлял, затем его хмурое лицо прояснилось, и он произнес:
– А! Пани изрекла, аз внял и малая толика разумею. А! Добро. Токмо убивец искони присно ищет. Ищет. Пани ведати. Што?
Последующий обмен фразами не продвинул следствие вперед. Алиция грудью преграждала доступ к своим бумагам и ее пагубное нежелание допускать к ним кого бы то ни было победило. Эх, если бы дело происходило не в Дании, ей бы это даром не сошло, победу наверняка бы одержал представитель власти.
Поставив на Алиции как источнике информации крест, герр Мульдгорд извлек обещанные фотографии и продемонстрировал нам эти достижения следственной мысли. Полицейские решили показывать их всем подряд в надежде, что кто-нибудь опознает запечатленные на них лица. Расчеты полиции оправдались. Большинство лиц на фотографии удалось идентифицировать. Это оказались жители соседних домов, их знакомые и работники различных социальных служб города. Так, например, среди них фигурировали мальчики-посыльные из магазинов, на двух во всей красе предстал местный почтальон, на трех – сотрудник местного муниципалитета, в чьи обязанности входило следить за зелеными насаждениями Аллерода и подстригать живые изгороди. Только из фотографии Алиция узнала, что ее живая изгородь со стороны улицы была красиво подстрижена. Это ее встревожило:
– А потом пришлют счет. Я бы и сама могла это сделать!
Только одно-единственное лицо опознать не сумел никто. Это был мужчина среднего роста и средней упитанности, невероятно кудлатый и бородатый, который, как заявил сидящий в засаде полицейский, крутился у дома Алиции без всякой видимой причины. Сначала он постоял на улице перед калиткой дома, потом на задах дома, понаблюдал за садовником магистрата, который подстригал ветки на Алициной живой изгороди, а потом куда-то исчез. Если уж считать, что на предъявленных нам фотографиях обязательно фигурировал убийца, так это только он.