Ангел в эфире
![Ангел в эфире](/uploads/covers/2023-01-13/angel-v-efire-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Светлана Успенская
- Жанр: Криминальный детектив
- Дата выхода: 2005
Читать книгу "Ангел в эфире"
«А я?» — чуть было не спросила Настя. Но не спросила, потому что из этого вопроса, как из прохудившегося мешка, полезли бы другие вопросы: а как же любовь, как же семейная жизнь, предполагающая хотя бы понимание между супругами, если не взаимные чувства?
Он ласково провел пальцем по ее загорелой щеке.
— Не волнуйся, милая. Все будет хорошо…
Так и осталось между ними молчаливым, не подлежащим обсуждению фактом: главное — это ребенок. «Мой ребенок», — хотела было уточнить Настя, но не решилась заявить об этом вслух. Побоялась.
Однако она не побоялась усомниться в безупречности предложенной им версии отцовства.
— А если не поверят? — Она смущенно осеклась. — Ведь о вас ходят такие слухи…
Игорь Ильич мгновенно понял ее недоговорку.
— О том, что я лидер голубой мафии? — Он заливисто расхохотался. — Милая, если бы ты знала, каких денег стоило мне запустить о себе эту дезу… Что только не сделаешь, чтобы подстегнуть интерес к своему детищу — телеканалу.
Настя верила ему и одновременно не верила. Но что ей оставалось делать? Только смириться с неизбежным.
Они обвенчались в местной православной церкви. На свадьбу — будто бы тайную, будто бы негласную — были приглашены оператор из местного корпункта и многочисленные фоторепортеры. Церковный венец несли художественная старуха лет ста с лишком (кажется, отобранная для церемонии на специальном кастинге) и древний старик, еще крепкий, но подозрительно живописный, как будто его тоже долго искали по картотеке «Мосфильма», чтобы специально вставить в кадр.
Возвращаясь в самолете домой, Настя развернула московские газеты. «Свадьба медиамагната и телезвезды!» — кричали аршинные заголовки таблоидов. «Скромное венчание на греческом острове! Эксклюзивные снимки нашего корреспондента, тайно проникшего в храм!» Далее текст гласил о внезапно возникшем у влюбленных желании соединить свои сердца, о тысячелетней церквушке с обсыпавшимися фресками, о монахе с Афона, обвенчавшем новобрачных, о свидетелях из ближайшей таверны, о том, что новобрачные поначалу хотели оставить свои отношения в тайне, чтобы не повредить карьере теледивы, но так и не сумели сохранить секрета… Что прежний жених звезды, знаменитый хоккеист, сначала хандрил и рвался в Москву, чтобы выяснить отношения с прелестной изменницей, но, связанный по рукам и ногам драконовским контрактом с HXЛ, остался в Канаде, и даже быстро утешился, подыскав замену своей неверной возлюбленной — певицу местного кабаре, которую вскоре сменила очаровательно доступная поклонница… Истина терялась под напластованиями отборного вранья — вряд ли хоккеист помнил даже имя своей формальной невесты, а тем более горевал о ней.
Пиар-менеджер Юра, поблескивая стеклами дизайнер-ски узких очков, при встрече спросил у новобрачной, которая против ожидания выглядела усталой, а не счастливой:
— Каково, а? Видела себя в газетах? Пришлось изрядно побегать!
Между тем брак, считавшийся для всей общественности однозначно свершенным, для государства, трактующего факт заключения брачных уз через регистрацию в ЗАГСе, все еще оставался гражданским. Но отношения супругов были основаны на устном согласии, и формальности, кажется, были лишними…
Однажды Настя, войдя в директорский кабинет, застала Игоря Ильича почтительно слушающим тихое журчание телефонной трубки. При этом он стоял навытяжку, по-армейски, с невидящим восторгом глядя прямо перед собой.
Секунду спустя, благоговейно опустив трубку на рычаг, он произнес:
— Звонил замглавы Администрации Президента… — Внушительная пауза. Телеграфный, подчеркивающий особую важность сказанного текст: — Поздравлял с законным браком. Восхищен моим выбором.
Настя пожала плечами. Подумаешь…
— Он… он сам просил Гайдукова поздравить. Кажется, речь шла о президенте.
Настя фыркнула — но не вслух, а про себя. Какой-то президент… Подумаешь! Хотя мама, услышав такое, была бы счастлива. Папа, верно, тоже гордился бы дочерью. А ей, кажется, все равно. Подумаешь…
После возвращения из Греции Протасов стал относиться к девушке по-другому — бережно, как к будущей матери, и трепетно, как к потерянной возлюбленной. Его собственный брак тем временем громко трещал по швам, и Антон, по слухам, уже переселился в какую-то съемную халупу подальше от семейных скандалов. Впрочем, он никому не жаловался на жену, которая заставила его в сорок лет сниматься с насиженного места, когда уже нет ни желания, ни моральных сил строить новое гнездо с новой партнершей. Да и партнерши тоже нет, а оскомина неудачного семейного строительства придает любой связи уксусный, отвращающий вкус, хотя кажется — вон их сколько, незамужних, только руку протяни, только кивни — и будет тебе новая любовь, с чистого листа, с красной строки. Но… Почему-то не нужно. Не хочется…
Будущую мать определили под наблюдение лучших медицинских специалистов. Врачи в голос восхищались пациенткой, прилежно соблюдавшей все их рекомендации (кроме одной — рано ложиться спать) и ее правильно развивавшейся беременностью, восторгались импозантным, очень беспокоящимся за ребенка отцом, неизменно сопровождавшим супругу и терпеливо поджидавшим окончания процедур, как бы ни было дорого (судя, например, по эксклюзивному, но внешне аскетичному «Патек Филиппу» на запястье) его драгоценное время. К пациентке прикрепили врача, который должен был сопровождать ее от первого родового вздоха до последнего.
Между тем Насте отчаянно хотелось узнать о судьбе Вадима, но она не решалась спросить о нем у мужа, хотя невысказанный вопрос давно жег ей язык. Но Игорь Ильич никогда не упоминал о своем сыне, как будто тот давным-давно умер или же его никогда не существовало.
Наталья Ильинична восторженно зарыдала, узнав о беременности дочери, а Андрей Дмитриевич взволнованно охрип голосом во время разговора с Настей. Родители никогда не видели своего зятя, хотя и читали о всемогущем телебоссе в телевизионных журналах.
Правды, конечно, они не знали. Правду в этой истории знала только она. Да и то, как потом выяснилось, не всю.