Рафаил
![Рафаил](/uploads/covers/2023-03-22/rafail-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Тилли Коул
- Жанр: Любовная фантастика / Эротика / Зарубежная фантастика / Любительские переводы
Читать книгу "Рафаил"
— После чего я срезаю их с куста.
Рафаил выдернул розовую розу из волос Марии и бросил ее на землю. Он пристально посмотрел на розовый цветок, затем надавил на него носком ботинка, вдавливая в гравий дорожки. Когда он отошел, лепестки были раздавлены и уничтожены. Его глаза вспыхнули, а грудь наполнилась удовлетворением. Рафаил заправил розу «Вечность» за ухо Марии. Этот цвет подходил ей гораздо больше.
— Я помогаю им быть привлекательными, пока не начинает приближаться их кончина.
Рафаил приложил палец к подбородку Марии и приподнял его так, чтобы она смотрела ему прямо в глаза.
— Когда они увядают и умирают, то теряют свою красоту и смысл жизни.
Мария втянула в себя воздух. Он приложил обмотанный нитью палец к ее пульсу и почувствовал, как он учащенно бьется.
— Но здесь нет места для печали. Роза служит своей цели, радуя меня только до тех пор, пока она жива.
Мария затаила дыхание, широко раскрыв глаза. Рафаил провел большим пальцем по ее нежной щеке.
— Тогда я начинаю все сначала. Пересаживаю. И жду, пока вырастет другая. Цикл начинается заново.
Мария сглотнула. Нагнувшись, Рафаил прижался губами к ее губам.
— М-м-м, — пробормотал он. — Ты всегда такая сладкая на вкус, моя маленькая роза.
Он отпустил ее и пошел дальше по тропинке. В тот день ему еще предстояло вернуться в сад. Рафаил должен был заняться проверкой распускающихся кустов, наблюдением за температурой и системами фильтрации. Когда его взгляд снова нашел Марию, она внимательно наблюдала за ним.
Его голова склонилась набок.
— Какая из них тебе больше нравится, маленькая роза?
На губах Марии появился намек на улыбку. Сердце Рафаила билось в устойчивом ритме, пока он наблюдал, как она приближается к определенной розе. Она подняла на него взгляд.
— Эта, — сказала она. — Эта — моя любимая.
Рафаил на мгновение замер. Его сердце пронзила давняя, колющая боль. Он прочистил горло, отогнал это чувство и подошел к Марии.
— Белая роза.
Она улыбнулась и кивнула.
— Она такая нежная. Такая красивая. Она заставляет меня чувствовать… — девушка пожала плечами. — Умиротворение, я полагаю.
— Это роза непорочности. Целомудрия.
Щеки Марии раскраснелись. Он срезал розу и повернулся к ней лицом.
— Также это роза смерти.
В его паху разлилось тепло. Он прикусил губу, представив себе Марию в гробу, держащую букет самых прекрасных белых роз. Мария склонила голову, избегая его взгляда, и его внимание снова переключилось на белую розу.
— Она была любимой и у моей матери.
Рафаил нежно провел пальцем по белым лепесткам. Но в своем сознании он видел только разбитую вазу и белые лепестки, залитые красной кровью. Слышал эхо криков, воплей и…
Рафаил смял в руке белую розу, уничтожив ее. Лепестки упали на пол, но он все еще держал в руке колючий стебель.
Она положила свою руку на его. Он посмотрел вниз и попытался отстраниться.
— Рафаил, — пробормотала она.
— К стене, — приказал Рафаил строгим и непреклонным голосом.
Глаза Марии, казалось, наполнились чем-то… чем-то, чего Рафаил не узнавал. Ее глаза казались… печальными? Возможно. Но, прежде чем он смог убедиться в этом, Мария подошла к ближайшей стене, отводя свой растерянный взгляд.
— Руки на стекло.
Мария сделала все, как он велел.
— Да, мой господин.
Ее покорность заставила его член налиться кровью. Оболочка плотно облегала его плоть, возбуждая еще больше, как и всегда. Рафаил направился к месту, где стояла Мария. Он не собирался медлить. Ему нужно было потрахаться. Необходимо было выбросить из головы белые лепестки, залитые кровью, безжизненно лежащие рядом с разбитой вазой. Рафаил стянул штаны Марии до лодыжек. Задрав толстовку, обнажил ее задницу перед своим хищным взором. И заскрежетал зубами от этого прекрасного зрелища.
Дыхание Марии было тяжелым. Рафаил вытащил свой член из джинсов, забыв о стебле, который все еще сжимал в руке и ввел головку члена между ее ног. Она уже была мокрой. Его маленькая роза всегда была такой мокрой и готовой для него. Обхватив рукой ее талию, Рафаил выровнял член и вошел в нее на всю длину. Мария вскрикнула, но, как и подобало хорошей покорной малышке, продолжала упираться руками в стеклянную стену оранжереи. Рафаил не был нежен. Он трахал ее жестко и быстро. Его грудь сжималась все сильнее, а картина окровавленных белых лепестков не выходила из головы. Мария застонала, и через несколько минут он почувствовал, как ее киска сжимается вокруг его члена.
Она откинула голову назад и положила ее ему на плечо. Рафаил посмотрел вниз на ее обнаженную шею — на такое желанное подношение и обхватил ее рукой. Это было все, чего ему не доставало, чтобы с ревом освободиться, а боль от оболочки, все еще остававшейся на его члене, заставляла его кончать бесконечным горячим потоком. Он крепче сжал руку на горле Марии. Ее глаза встретились с его, и вид этого голубого взгляда, ее открытой шеи и его руки на ее горле превратил его в дикаря. Волна чистейшего обладания, охватившая его, заставила опустить голову и обхватить зубами кожу на ее шее. Он впивался и впивался в нее, оставляя красные отметины на ее бледной коже. Он по-прежнему вколачивался в нее, пока не вышел, задыхаясь и оставляя множество укусов на шее своей маленькой розы.
Мария наклонила голову вперед, переводя дыхание. Рафаил откинул ее волосы в сторону и поцеловал плечи и щеки. Развернув ее к себе, в то время как его член был все еще обнажен, а ее штаны болтались на лодыжках, он приник к лицу девушки. Ее щеки покраснели от удовольствия, и он знал, что и его тоже. Он никак не мог перевести дыхание. Видя следы на ее шее и его сперму на бедрах, он не мог успокоиться. Рафаил прильнул губами ко рту Марии. Он пожирал ее, неистово лаская губы и ведя дуэль с ее языком.
Он разорвал поцелуй и застонал, когда увидел красную розу, спрятанную за ухом Марии.
— Я не могу насытиться тобой, маленькая роза.
Его желудок скрутило, когда на ее губах заиграла робкая улыбка.
Он снова застонал и поцеловал ее еще раз. Когда уже собирался заправить член обратно в джинсы, он увидел кровь на внутренней стороне ее бедра. Его руки дрогнули.
— Ты ранена? — спросил он, опускаясь на колени и проводя руками по бедрам Марии, останавливая слабую струйку крови.
— Мой господин, — прошептала Мария.
Но Рафаил был слишком занят поисками причин кровотечения и отметин.
«Оболочка. Неужели это из-за оболочки? Раньше она не причиняла ей боли».
Рафаил замер, когда Мария положила руки на его щеки. Он поднял взгляд. Его глаза расширились, и мгновенный шок лишил его подвижности. Он стоял на коленях. Он никогда и ни перед кем не опускался на колени. Никогда больше, с тех пор как…
Рафаил позволил Марии приподнять его голову, чтобы встретиться с ее глазами. Ее руки согревали его лицо.
— Я не ранена, — заверила она его. — Это был шип от стебля, который ты держал в руке. Это просто небольшой порез.
Рафаил опустил стебель и положил руки ей на бедра, а его пальцы переместились к шрамам на ее спине. Ее дыхание сбилось, когда его пальцы прошлись по изуродованной коже.
— Я не ранена, — повторила она. — Встаньте, мой господин.
Он стоял на коленях. На коленях… Он поклялся больше никогда и ни перед кем не вставать на колени…
— Поднимайся.
Рафаил вздрогнул от этого приказа, но тут же повиновался. Его тело повиновалось мягко произнесенным словам Марии.
Его ноги и руки начали трястись. Он встал на гребаные колени! Все и сразу охватило его разум. Розы, оранжерея, белые лепестки… Мария отдает ему приказ… а он подчиняется. Он резко вдохнул, когда Марии осторожно заправила его член обратно в джинсы. После чего натянула и свои штаны и взяла его за руку.
— Давай вернемся в комнату.
Рафаил ошеломленно кивнул и, впервые за всю свою взрослую жизнь, позволил кому-то вести его за собой. Мария шла рядом с ним, и ее рука не отрывалась от его, пока они пересекали сад, входили в дом и возвращались в покои Рафаила. Мария закрыла двери, затем улыбнулась ему, поднеся их соединенные руки к его сердцу. Он не понимал ощущение пустоты в груди. Яму в желудке. Не понимал, почему не мог выбросить из головы образ покрытых кровью белых роз. Не знал, почему у него дрожат руки.
— Давай примем ванну.
Рафаил уставился на Марию. Они никогда не делали ничего подобного раньше. Никогда не принимали вместе ни ванну, ни душ. Они трахались, и он доминировал. А она делала лишь то, что ей говорят.
— Идем, мой господин, — сказала Мария мягким, манящим голосом.
И Рафаил последовал за ней, как раб, послушный ее приказам.
Мария отстранилась от него только для того, чтобы набрать ванну. Он взглянул на себя в зеркало, когда комната начала наполняться паром и ароматом ванили от пены для ванны, которую Мария добавила в воду. Его лицо выглядело бледным… но больше всего его потрясли глаза. Он не узнавал выражение своих собственных глаз. Они были расширенными. И тусклыми.
«Что, бл*ть, происходит со мной?»
Он опустил глаза, когда почувствовал, как Мария расстегивает пуговицы на его рубашке. Сглотнул, наблюдая за ней. Его желудок свело. Она стянула рубашку с его рук, расстегнула джинсы и спустила их с его ног.
Рафаил, будучи совершенно неподвижным, следил за тем, как Мария сбрасывала с себя одежду, пока она не предстала перед ним совершенно обнаженной. Она выключила кран и снова протянула ему руку. Рафаил вложил свою руку в ее, но странное онемение все еще ощущалось в его костях. Только когда они подошли к краю большой ванны, он остановил ее. Мария повернулась в его сторону, и брови ее были сведены вместе в замешательстве. Рафаил потянулся к розе в ее волосах. Взяв ее в руки, он дернул за лепестки, разрушив бутон, и бросил лепестки в воду в ванной, наблюдая, как они разлетаются по поверхности. Бросив остатки цветка на пол, он шагнул в горячую воду.
Рафаил протянул руку Марии, и она присоединилась к нему. Он сел, и горячая вода окутала его тело. Мария села напротив, лицом к нему. Мокрые пряди волос вились по ее шее. А нижняя часть ее волос была погружена в воду.
— Повернись, — сказал Рафаил, и она повиновалась, прижавшись спиной к его груди.
Он убрал волосы с ее шеи и поцеловал нанесенные им укусы. Волна чувства собственничества, вызванная этими укусами, была ошеломляющей. Он владел своей маленькой розой. Отметины демонстрировали всему миру эту истину. Пометили ее как его.
Взяв губку из корзины на бортике ванны, Рафаил окунул ее в воду и выжал на волосы Марии. Она откинула голову назад и одобрительно вздохнула. Рафаил медленно намыливал ее волосы, массируя руками густые пряди. Комната наполнилась звуками его голоса, когда он начал напевать детский стишок, который всегда пел, когда мыл волосы Марии. Она прижималась к нему. Когда последние остатки шампуня и кондиционера были смыты с ее волос, он снова прижал ее к своей груди и вдохнул аромат ванили и розы. Опустив взгляд на обнаженное тело Марии, прижатое к его груди, Рафаил увидел, как у ее живота собираются лепестки красных роз.
Его мысли вернулись в оранжерею. Он подобрал лепесток и подержал его в руках. Мария следила за каждым его движением.