Лестница власти
![Лестница власти](/uploads/covers/2023-02-07/lestnica-vlasti-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Владислав Добрый
- Жанр: Попаданцы / Фантастика / Фэнтези
Читать книгу "Лестница власти"
Глава 18
В которой Илья проявляет выдающееся чувство юмора. А главный герой проявляет хладнокровие, выдержку и сообразительность. Но никто ему не верит.
Херня это ваше неосредневековье. Хочу другое посмотреть. В общем, это реально “музеум” а не музей. Собрание диковинок, нагромождение всякого мусора. Ну, вроде как полочка в моей комнате, только в масштабах дворца. Тут даже пояснительных табличек не повесили. Меня заинтересовали цельнометаллические литые и корявые рубила, на орочьи похожие. Спросил, что это. Мне посоветовали дождаться, когда учеба начнется и смотритель на работу выйдет. То есть, кроме него никто не знал.
Я вообще, может, с детства гидом не доверяю. Были прецеденты. А тут даже гугла нет. Я, короче, остался недоволен.
— Смотрите сюда! Это рог единорога! — восторженно закричал Илья. Ну, хоть что-то опознали. Я подошел поближе. Красивая резная тумба, забранная сверху толстой и частой решеткой. Под решеткой охапка длинных, тонких, витых рогов. Похожи на рога нарвалов, если честно.
— Смотрите! — таинственно сказал Илья и просунул пальцы через решетку. Кроме пальцев туда и не просунешь ничего. Хотя, у кого как, конечно. Только я хотел было пошутить на эту тему, как я так удивился, что с открытым ртом застыл. Рога нарвала засветились ярким неоновым светом.
— Рог единорога светится, когда рядом человек, чистый душой, — проникновенно сказал Илья.
А Мстислав слышал, что единорожьи рога на девственников реагирует.
— Попробуйте! — поманил нас рукой Илья.
Я отшагнул назад. Мстислав слегка целованный — много вокруг него девок крутилось. А я точно не только целованный. И вообще Распутин во мне опознал существо инфернальное. Непонятно, как эти рога реагировать на меня будет.
— Ой, а это что такое? — восторженно вскрикнула Лиза и рыженькой лисичкой метнулась в сторону, унося с собой свет.
— Что там, что там? — заинтересованно закричала Милена и бросилась за ней. Я тоже решил не отставать. Восторженный Илья остался у таинственных светящихся рожек один.
— Что за хрень? — Милена постучала кулачком по огромному каменному яйцу, плотно обвязанному цепями. Цепи были железные, ржавые, но под ржавчиной угадывалась тонкая работа. Звенья цепи стилизованы под цветы.
— Омфал, — сказал я.
— Что? — удивленно посмотрела на Милена.
Честно говоря, в моем мире эта хреновина попадалась в музейных коллекциях по античной Греции и всегда была каменная. Вроде, у античных греков, была почитаемой святыней в каждом уважающем себя храме. А еще греки считали этот камень пупом земли. Или не этот, а такой же, но другой. Хрен их поймешь. Надо признать, что это все, что я знал.
— А, я слышала про эту штуку. В Тмутараканском княжестве нашли в том году, сразу сюда переправили, — внезапно вмешалась Лиза.
— Да, — солидно сказал я. С годами все чаще понимаешь, что твое важное мнение не так уж и важно этому миру. А умение вовремя присоединиться к предыдущему оратору, часто помогает сэкономить и время, и нервы.
Милена положила ладошку на камень, между звеньями цепи. И пожала плечиками.
— Просто камень.
— Храбр, барышни, — позвал нас Илья. Он прошел дальше и сейчас стоял у накрытой тряпкой высокой штуковины. Судя по очертаниям, под тканью был или ящик, или кубический шкаф. Илья поманил нас поближе:
— Ну, не бойтесь. Идите сюда, со светом. Покажу интересное.
Мы подошли. Илья резко задрал ткань. Милена взвизгнула и спряталась за Илью. Я сначала молча рванулся в сторону, уходя с линии атаки. А потом побежал к тому стенду, где я видел оружие. А потом услышал хохот Ильи. Я остановился и обернулся. Этот шутник Пронский одной рукой прижимал к себе Милену, а второй показывал не меня и обхохатывался. Едва умудрившись произнести между приступами смеха:
— Да не боись ты! Это ж морок!
Я медленно вернулся. Под тканью, в коробке открытой с одной стороны, сидел огромный паук. Но теперь, приглядевшись, даже в неровном свете стоящей на полу лампы, было видна в нем какая-то неестественность. Как плохая, сбоящая голограмма. Нарисованная очень плохим моделером.
— Это сторожевой камень, из Китая, — сквозь смех едва проговорил Илья. — Не бойся. Ух и сиганул же ты!
— Да я за саблей! — возмутился я.
— Ну конечно, — снова расхохотался Илья. — Ахахаха, конечно, за саблей.
От смеха у него на глазах выступили слезы. Очередной приступ смеха согнул его, он выпустил из лапы Милену и начал бить себя по колену кулаком. Это позволило ей тихонько спрятать обратно в сапожки свои злодейского вида ножики.
— Ладно тебе, ну струхнул и струхнул, — сказал, успокаиваясь Илья. — Бывает.
Я закатил глаза. И тут же раскатил их обратно, мысленно выматерившись. Нахватался у "двоюродной сестрёнки" манерности.
— Покажи, как это работает? — Милена заинтересованно потянула за рукав Илью.
— Как? Ну так и работает, — обескураженно сказал Илья. Паук к этому времени стал совсем прозрачным. Илья помахал руками перед коробкой. Потом шагнул ближе. Паук снова стал четче. — Вот как!
— Он на движение реагирует? — удивился я. И полез в коробку. Сначала пнул паука. Нога прошла сквозь паука, я слегка успокоился и заглянул за голограмму… Морок. Это морок. Надо усваивать терминологию. Внутри коробки на деревянной подставке лежал кусок камня, явно отколотый от чего-то большого. Зеленый, гладкий. Нефрит? Я осторожно взял его в руки и повернулся к свету. Одну сторону камня покрывали иероглифы. Может китайские, а может японские или даже корейские. Я их не отличаю.
— Что там написано? — с честной заинтересованностью спросила Милена. Она осторожно подошла поближе, мило склонив голову и разглядывала камушек. Даже подсветила мне листочком в ладошке.
— Маде ин чина, — хмуро буркнул я.
— А где Лизонька? — вдруг забеспокоился Илья. Мы с Миленой заозирались вокруг. Лампа вот, стоит на полу там, где Лизавета стояла. Стояла прямо перед тем, как Илья шутканул. Гад длинный. До сих пор сердце стучит. А Лизы нигде нет.
— Лиза?! — настороженно крикнул Илья.
— Да тут я, тут! — отозвалась рыжая откуда-то из темноты. — Тише ты, не ори!
— Выходи, не бойся, — успокаивающе сказал Илья.
— Хорошо, сейчас, — отозвалась Лиза из темноты.
— Она как-то странно говорит, или мне кажется? — настороженно спросила меня Милена. Масляная лампа светит чуть лучше свечи. А свеча светит очень хреново. Пол вокруг лампы можно рассмотреть метра на три. Все остальное тонуло в темноте.
— Давай я тебе подсвечу! — сказал Илья и подхватил лампу с пола.
— Не надо! — как-то, даже испуганно, отозвалась Лиза. Судя по голосу она шарахнулась в сторону. А потом громким шепотом добавила:
— Тихо! Тихо всем! Слушайте!
Мы застыли и прислушались. От входа донеслись какие-то звуки.
— Двери открывают! — испуганным шепотом сообщила из темноты Лиза. — Прячьтесь и свет тушите!