Сокровище Родины[сборник]
![Сокровище Родины[сборник]](/uploads/covers/2023-03-16/sokrovishhe-rodinysbornik-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Михаил Волконский
- Жанр: Русская классическая проза / Исторические приключения / Авторские сборники, собрания сочинений
- Дата выхода: 2017
Читать книгу "Сокровище Родины[сборник]"
XII
Антон Антонович подошёл.
— Вот что, голуба моя, — заговорил Козодавлев-Рощинин, — у меня дело к вам; присядьте, почтеннейший…
Антон Антонович сел.
— Я вам сбор сегодня сделал? — спросил Рощинин.
— Как будто сделали, — согласился антрепренёр, — хотя я и не знаю ещё как.
— Об этом, радуга моя золотистая, хотя радуги такой и не бывает, но всё равно, узнаете после; но я униженно прошу иметь в виду, что если я сбор вам сделал, то и разделю его… с лёгким сердцем, родной мой…
— Зачем же это? — испугался Антон Антонович.
— А видите ли, мне сейчас необходимы тридцать рублей!
— Тридцать рублей?
— Да, приятный мой кавалер, тридцать рублей! Извольте послать в кассу сейчас, возьмите оттуда тридцать рублей или сами сходите и выдайте их мне…
— Зачем же?
— В счёт жалованья…
— Авансом?
— Каким авансом, милостивец? Ведь заслуженные…
— Но я никому ещё не платил.
— От этого мне не легче. Я вам говорю, вы мне мои отдайте.
Глазки антрепренёра забегали в разные стороны.
— Как же это сейчас? — запротестовал он. — Уж если вы так хотите, то вечером и когда сбор определится…
— Нет, мамочка, — протянул Козодавлев-Рощинин, — знаю я вашего брата, антрепренёра! Вечером флакон вина вы мне поставите, как обещано через Волпянского, а сейчас пожалуйте тридцать карбованцев российскою монетою, не то, право, пьесу сорву и сбор уничтожу. Повторяю, ведь о заслуженных хлопочу…
Антрепренёр сдался не сразу. Он пробовал отговориться и так и эдак, но Козодавлев-Рощинин твёрдо стоял на своём.
Наконец, Антон Антонович вынул бумажник.
«Ишь ты, — сообразил Козодавлев-Рощинин, — уж успел прикарманить деньги из кассы, обрадовался!»
— Только для вас делаю это ради исключительного случая, — заявил антрепренёр, доставая деньги и передавая.
Однако он постарался достать их и передать так, чтобы никто из остальных актёров не видел, что он делает.
Но от зорких глаз маленького Волпянского не ускользнуло это, и он опять проговорил:
— Положительно, Андрей Иванович — гениальный человек!..
А Козодавлев-Рощинин спокойно взял деньги, спрятал их и принялся доедать яичницу-глазунью.
— A-а, вот и Маничка, — успокоительно протянул он, увидев входившую на веранду Микулину, за которой антрепренёр посылал особого гонца, — ну, теперь пойдёмте репетировать…
Микулина участвовала в водевиле «Тёмно-синий муж» и приехала на репетицию, узнав от гонца, что дядя Андрей в театре и что всё обстоит благополучно.
— Ну что, Манюша, — шепнул ей Рощинин за кулисами, — говорил я тебе, что всё хорошо будет! А ты ещё не знаешь, ещё лучшее у меня есть: мы с тобой полное спокойствие, может быть, найдём; у меня тут, — он показал на карман, — средства к тому уже имеются, но об этом я после расскажу тебе…
На репетиции пьесу прошли несколько раз.
Разумеется, для неё никакой синей краски не требовалось.
Относительно краски это был только придуманный Козодавлевым-Рощининым «фортель», чтобы завлечь публику.
Публика, действительно, поддалась на удочку и наполнила театр.
Сбор был блестящий. Водевиль «Тёмно-синий муж» оказался смешным, и все смеялись и аплодировали.
Все были довольны.
Только трагик Ромуальд-Костровский, посмотрев в дырочку в занавеси пред началом на полный зал, произнёс загробным голосом:
— Вот оно, чистое искусство-то! Чего не мог сделать «Отелло» самого Шекспира, то сделала синяя краска!.. За человечество обидно…
И, обидевшись за человечество, он отправился в буфет и пил там всё время с горя.
Ни в фарсе, ни в водевиле он занят не был, потому что не признавал их. К концу представления он напился до того, что шатался и приставал ко всем, спрашивая заплетающимся языком, правда ли, что Тропининым был телеграммой выписан из Москвы опытный сыщик для разъяснения дела о его пропавшей дочери…