Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений"
![Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений"](/uploads/covers/2023-11-05/deviantologiya-sociologiya-prestupnosti-narkotizma-prostitucii-samoubijstv-i-drugix-quototklonenijquot-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Яков Гилинский
- Жанр: Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2004
Читать книгу "Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений""
После длительного перерыва возобновился интерес к исследованию роли психических аномалий в генезисе преступного поведения (Ю. М. Антонян, С. В. Бородин, В. В. Гульдан).
В 1984 г. за заслуги в создании теоретических основ криминологии Государственная премия СССР была присуждена И. И. Карпецу,
B. Н. Кудрявцеву, Н. Ф. Кузнецовой, А. Б. Сахарову, А. М. Яковлеву. А в 1998 г. Государственная премия Российской Федерации присуждена В.В. Лунееву за монографию «Преступность XX века: Мировой криминологический анализ».
Ликвидация советского государства и конец господства КПСС обусловили небывалую дотоле возможность свободно творить в любой области науки, включая криминологию. Впервые за много лет стала открываться уголовная статистика (ежегодники «Преступность и правонарушения», с 1990 г.), появилась возможность проводить исследования и публиковать труды без оглядки на идеологические и цензурные ограничения, стали реальными контакты с зарубежными коллегами и знакомство с мировой криминологической литературой. Не сразу и не все воспользовались такой возможностью. К сожалению, начиная с конца 90-х гг. минувшего столетия доступ к статистике вновь осложняется.
§ 2. Становление отечественной социологии девиантности и социального контроля (девиантологии) как специальной социологической теории
Рассмотренные выше направления социологических исследований и осмысления различных форм девиантного поведения послужили основными «источниками и составными частями» социологии девиантности и социального контроля как специальной социологической теории.
Хотя М. Н. Гернет по теоретико-методологическому подходу и репертуару исследуемых им социальных явлений фактически развивал социологию девиантности, однако ни он сам, ни его биографы и комментаторы не оценивают таким образом труды ученого*. С точки зрения В. Н. Кудрявцева**, ближе всех к осмыслению отдельных проявлений девиантного поведения с более широких («девиантологических») позиций подошел А. А. Герцензон в своей работе 1930 г.***
* Гернет М. Н. Избранные произведения. С. 8-37, 614-622.
** Социальные отклонения. М., 1989. С. 12.
*** Герцензон А. А. Преступность и алкоголизм в РСФСР / Под ред. Г. М. Сегала и Ц. M. Фейнберга. М., 1930.
Ясно, однако, что реальные условия для формирования и развития социологии девиантного поведения и «социальный заказ» на нее появились в бывшем СССР лишь в период хрущевской «оттепели» и возрождения отечественной социологии. В 1971 г. вышли небольшие по объему работы двух ленинградских авторов, в заглавие которых были вынесены слова «отклоняющееся (девиантное) поведение»*. В них ставился вопрос о необходимости рассмотрения различных нежелательных для общества нормонарушающих проявлений с позиции более общей социологической теории, поскольку отклоняющееся поведение есть именно социальный феномен, различные его виды имеют общий генезис, находятся в сложных взаимосвязях и зависимости от экономических и социальных условий. Отмечалось значение выбора критерия (точки отсчета) «отклонения», оценки и измерения его «величины», а также – направленности. Ибо, с точки зрения одного из авторов – Я. Гилинского, отклоняющееся поведение может быть как со знаком «минус» (негативное, отрицательное), так и со знаком «плюс» (позитивное – социальное, научное, техническое, художественное творчество). Эта позиция обосновывалась и отстаивалась мною во всех более поздних работах. Разумеется, в ранних отечественных публикациях отдавалось должное марксистско-ленинской трактовке предмета, содержалось много вынужденных положений (об исторической ограниченности и преходящем характере девиаций, о преимуществах социалистической системы и т. п.) и «критика» зарубежных социологов девиантного поведения за их позитивизм, психологизм, метафизичность и иные смертные грехи... Автор этих строк с искренней болью перечитывает соответствующие пассажи в своих работах 70-х гг. Впрочем, и эта обязательная атрибутика тех лет не спасла автора от обвинений в том, что он «оказался в плену» буржуазных идей, что выдвигаемые им положения имеют «чуждую нам идеологическую окраску», тогда как нам «нельзя делать уступок проникновению в какой-либо форме буржуазных идей»**. При этом я, пожалуй, не откажусь и сегодня от большинства содержательных положений своих работ тридцатилетней давности.
* Гилинский Я. И. Некоторые проблемы «отклоняющегося поведения» // Преступность и ее предупреждение / Под ред. М. Шаргородского. Л., 1971; Он же. Отклоняющееся поведение как социальное явление // Человек и общество. 1971. Вып. VIII. П., Здравомыслов А. Г. Методологические проблемы изучения девиантного поведения // Материалы социологического симпозиума. Ереван, 1971.
** Вопросы борьбы с преступностью. 1975. Вып. 23. М., С. 11-12.
В 70-е гг. появляется все больше трудов, посвященных проблемам формирующейся социологии девиантности (В. С. Афанасьев, А. А. Габиани, Я. И. Гилинский, В. Н. Кудрявцев, Б. М. Левин, И. В. Маточкин, Э. Раска, А. М. Яковлев и др.)*
* Помимо приводимых выше трудов А. Габиани, Я. Гилинского, В. Кудрявцева, А. Яковлева, см. также: Афанасьев В. С., Маточкин И. В. К вопросу о понятии антисоциального поведения// Вестник ЛГУ. 1979. №17. Вып. 3.
Результаты первых крупных эмпирических исследований девиантного поведения отражены в ряде работ того времени*. В частности, следует отметить комплексное социологическое исследование социальных проблем областного центра (г. Орла), включающее позитивные и негативные девиации**. Хотя и в этом случае не обошлось без руки цензора (на с. 96 упомянутой книги после второй корректуры «исчезли» данные о преступности), однако впервые удалось совместить в одной монографии теоретические предпосылки, некоторые, очень ограниченные по цензурным соображениям, результаты большого эмпирического исследования (достаточно упомянуть, что, наряду с выборочным опросом населения г. Орла, был осуществлен опрос заключенных в трех исправительно-трудовых колониях на территории области, изучены материалы расследования по фактам самоубийства, проанализированы данные «открытой» и «закрытой» статистики) и все это – на фоне исследования социальной стратификации и социальных перемещений.
* Отклоняющееся поведение молодежи / Под ред. Э. Раска. Таллин, 1979; Человек как объект социологического исследования / Под ред. Л. Спиридонова, Я. Гилинского. Л., 1977; Эффективность действия правовых норм / Под ред. А. Пашкова. Л., 1977.
** Человек как объект социологического исследования. Л., 1977.
Невозможно переоценить значение трудов В. Н. Кудрявцева в становлении, развитии и институционализации социологии девиантности*. Он нередко своим авторитетом «прикрывал» начинающих девиантологов от ретивых блюстителей идеологической чистоты.
* Кудрявцев В. Н. Социологические проблемы исследования антиобщественного поведения // Социологические исследования. 1974. № 1; Он же. Исследовательская проблема – социальные отклонения //Социологические исследования. 1983. № 2; Он же. Правовое поведение: норма и патология. М., 1982.
В конце 70-х – начале 80-х гг. сложилось несколько исследовательских центров девиантного поведения: на базе лаборатории социологических исследований НИИ комплексных социологических исследований при Ленинградском государственном университете (руководители: Л. Спиридонов, затем Я. Гилинский, позднее Ю. Суслов), сектор социальных проблем алкоголизма и наркомании Института социологических исследований АН СССР (руководитель Б. Левин), Научно-исследовательская лаборатория социологии преступности МВД Грузинской ССР (руководитель А. Габиани), Лаборатория социологии девиантного поведения Тартуского государственного университета (руководитель Э. Раска, затем Ю. Саар). Позднее в Ленинградском институте социально-экономических проблем АН СССР была образована группа по изучению проблем пьянства и алкоголизма (руководитель В. Карпов). В 1989 г. ленинградские исследователи девиантности смогли, наконец, объединиться на базе вновь созданного Ленинградского филиала Института социологии АН СССР (группа, а затем и сектор социологии девиантного поведения, руководитель В. Карпов, позднее Я. Гилинский). Разумеется, отдельные исследования по тематике девиантного поведения на территории бывшего СССР осуществлялись и вне рамок названных учреждений (А. Лепс в Эстонии; Н. Голубкова, Л. Новикова, Д. Ротман в Белоруссии; С. Ворошилов в Молдове; А. Баимбетов в Башкирии; В. Гордин, Н. Кофырин в Ленинграде и др.).
Психологическим и социально-психологическим проблемам девиантного поведения посвящены работы Б. Братуся, С. Быкова, И. Горьковой, Е. Змановской, Ю. Клейберга, Е. Лабковской, И. Первовой, В. Шпалинского.
С 1988 г. выходят сборники научных статей по социологии девиантности*. В вузах России читается спецкурс «Социология девиантного поведения», подготовлено и издано соответствующее учебное пособие**.
* Актуальные проблемы социологии девиантного поведения и социального контроля/ Под ред. Я. Гилинского. М., 1992; За здоровый образ жизни (борьба с социальными болезнями). В 2 кн. / Под ред. Б. Левина. М., 1991; За здоровый образ жизни (борьба с социальными болезнями) / Под ред. Б. Левина. М., 1993; Здоровый образ жизни и борьба с социальными болезнями / Под ред. Б. Левина. М., 1988; Проблемы борьбы с девиантным поведением / Под ред. Б. Левина. М., 1989; и др.
** Гилинский Я. И., Афанасьев В. С. Социология девиантного (отклоняющегося) поведения: Учебное пособие. СПб., 1993.
В рамках социологии девиантности начинают формироваться относительно самостоятельные научные направления: социальный контроль и социальная работа, девиантность (делинквентность) подростков*, военная девиантология**.
* Быков С. В. Социально-психологические детерминанты девиантного поведения подростков. Тольятти, 2003; Гилинский Я., Гурвич И., Русакова М. и др. Девиантность подростков: Теория, методология, эмпирическая реальность. СПб., 2001; Салагаев А. Международные правонарушения и делинквентные сообщества сквозь призму американских социологических теорий. Казань, 1997.
** Ворошилов С, Гилинский Я. Военная девиантология. Кишинев, 1994; Клепиков Д. В. Дедовщина как социальный институт: Дис. ... канд. соц. наук. СПб., 1997; Вагин В. С, Клепиков Д. В. Девиантное поведение военнослужащих. СПб., 1998; Тюриков А. Г. Регулирование девиантного поведения военнослужащих как функция военно-социальной организации. М., 2000; Он же. Военная девиантология: Теория, методология, библиография. М., 2001.
По инициативе Б. Левина, возглавлявшего секцию (комитет) социологии отклоняющегося поведения Советской социологической ассоциации, проводились Всесоюзные конференции по проблемам социальных девиаций в Черноголовке (Московская обл., 1984), Уфе (1986), Суздале (1987), Бресте (1988), Душанбе (1989), а с 1990 г. – Международные конференции в Москве, привлекавшие большое количество зарубежных исследователей. В 1996 г. в Санкт-Петербурге состоялась Международная конференция «Девиантное поведение и социальный контроль в посттоталитарном обществе», а в 1997 г. – «Насилие в современном мире». В петербургских конференциях принимали участие коллеги из Венгрии, Германии, Грузии, Латвии, Литвы, Польши, Франции, Швеции, Эстонии.