Жизнь и приключения Лонг Алека
![Жизнь и приключения Лонг Алека](/uploads/covers/2024-02-10/zhizn-i-priklyucheniya-long-aleka-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Юрий Клименченко
- Жанр: Современная проза
- Дата выхода: 1975
Читать книгу "Жизнь и приключения Лонг Алека"
11
Начальник жандармского управления Риги, подполковник Серафим Леонидович Курьянов, сидел в своем кабинете за большим письменным столом. Он рассеянно вертел в руках разрезной мельхиоровый нож с малахитовой ручкой. Когда Курьянова что-нибудь беспокоило, он всегда брал в руки этот нож. Подполковник любил прикасаться к холодному зеленоватому, прозрачному камню. Это успокаивало его. Нож был одним из предметов массивного чернильного прибора, который подарили начальнику его подчиненные в день пятидесятилетия с трогательной гравировкой на серебряной табличке: «Верному сыну царя и отечества, его превосходительству Серафиму Леонидовичу Курьянову. Соратники».
Надпись тоже доставляла удовольствие, но сейчас Курьянов был озабочен и не обращал на нее внимания. Не ладилось с заграничными источниками информации.
Курьянов встал, походил, заложив руки за спину, по кабинету, подумал, потом решительно открыл дверь в соседнюю комнату и распорядился:
— Попросите ко мне ротмистра Лещинского.
Через минуту в кабинет вошел высокий человек с узким бледным лицом, близко поставленными черными глазами и небольшой «разночинной» бородкой. Одет он был в хорошо сшитый штатский костюм и походил на процветающего коммерсанта.
— Вызывали, Серафим Леонидович? К вашим услугам.
— Вы садитесь, Николай Николаевич, — кивнул на кожаное кресло Курьянов. — Разговор будет длинным.
— Весь внимание, — почтительно склонил голову Лещинский, усаживаясь в кресло. — Слушаю вас, Серафим Леонидович.
Курьянов подошел к столу, взял серую папку, передал ее Лещинскому и только тогда уселся в кресло напротив.
— Вы знакомы с телеграммой, которую дал Серебряный из Лондона? Так вот, он сообщает: «Груз идет на «Бируте». Сопровождающий неизвестен». Плохо, очень плохо, дорогой Николай Николаевич. Он совсем не может работать, этот ваш Серебряный! В прошлый раз он сообщил о грузе на «Бируте», и там ничего не нашли. Мы перевернули вверх дном весь пароход и вряд ли могли пропустить что-нибудь. Значит, соврал. Зря деньги получает.
Курьянов щелкнул крышкой золотого портсигара, закурил папиросу.
— Видите ли, Серафим Леонидович, — осторожно начал Лещинский, — Серебряный очень старается. Я это знаю. Но дело в том, что ему никак не удается войти в ту среду эмиграции, которая интересует нас. Ему полностью не доверяют. Законспирировано там все очень хорошо. Народ они опытный, вероятно, учитывают возможность проникновения к ним наших людей. Поэтому, несмотря на все старания Серебряного, ему не все удается…
— Не все! — иронически хмыкнул подполковник. — Ничего ему не удается.
— Ну почему же так несправедливо, Серафим Леонидович? Ведь он дал чрезвычайно ценную информацию об организации и внутренних разногласиях…. Кое-что он узнаёт. Не все, конечно. Но я считаю, что лучше несколько раз ошибиться, чем один раз пропустить.
— Так-то оно так, — кисло проговорил Курьянов, вдавливая окурок в пепельницу. — Но нам совершенно необходимо знать, кто возит нелегальщину и на каких судах. Время-то какое, сами видите! Кругом бунтуют. А тут литература, листовки. Как керосин на горящие дрова! Я, например, полагаю, что у нас слабо обстоят дела с получением сведений непосредственно с пароходов.
— Не так плохо, Серафим Леонидович. Я могу принести списки судов, на которых плавают наши люди.
— Не трудитесь. Есть у вас кто-нибудь на «Бируте»?
Лещинский пошевелился в кресле:
— На «Бируте» пока никого, к сожалению, нет. Не успели еще подобрать.
— Вот видите… Нехорошо, нехорошо! Скверно работаем. Вообще не нравится мне эта «Бирута». Капитан там какой-то «красный». В прошлый раз, когда делали обыск, наши люди обратились к нему за содействием, так знаете, что он заявил? «Вам надо, вы и действуйте, а я не сыщик». Повернулся и ушел в каюту.
— Знаю. Именно так это и было, — согласно кивнул Лещинский. — Ну, мы при случае вспомним ему это. Есть на «Бируте» один парень, любитель легких заработков, бабник и пьянчужка… В прошлый приход в «Русалке» с ним весь вечер провел наш человек. Опытный вербовщик. Но матрос быстро захмелел или сделал вид, что опьянел, и толку от него агент не добился. Может быть, в этот раз что-нибудь выйдет.
— Скорее все надо делать, скорее, — недовольно сказал Курьянов и закурил новую папиросу. — Время не ждет.
— Понимаю, но не все в моих силах, — обиженно развел руками Лещинский. — Я ни на минуту не забываю о времени и работаю день и ночь…
— Я знаю, что вы работаете много, дорогой Николай Николаевич, — примирительно сказал подполковник. — Я не обвиняю, а только убедительно прошу вас активизировать работу наших агентов. Ну, а «Бируту» придется встретить и повторить все сначала, даже если и на этот раз ваш Серебряный ошибся. Добыть бы нам «сопровождающего»! Быстро раскрутили бы клубочек.
— Добудем, — убежденно сказал Лещинский. — Рано или поздно попадется.
Подполковник вздохнул. Лещинский был оптимистом и щедрым на обещания.
— Хорошо, Николай Николаевич. — Курьянов встал с кресла, тотчас же вскочил и Лещинский. — Я вас больше не задерживаю. И еще раз, пожалуйста, подумайте о заграничной информации. Может быть, поискать в Лондоне кого-нибудь другого? Или послать человека отсюда? Я могу пойти и на это.
— Пока не нужно. Посмотрим, что получится на этот раз с «Бирутой». Если опять ничего, начнем принимать меры.
— Ну, хорошо. Пусть будет по-вашему.
Лещинский, щелкнув каблуками, вышел из кабинета, а подполковник сел за стол и принялся листать документы.
«Так-с. Серебряный — кличка по третьему отделению… Настоящая фамилия — Гуз Александр Осипович… Эмигрировал в тысяча девятьсот первом году, в связи с делом эсеров… Эсер… Социал-революционер… Плохо. Надо, чтобы был социал-демократ, большевик. Естественно, что этому Серебряному не верят. Менять, менять надо источник в Лондоне…» — раздумывал над зеленой папкой подполковник Курьянов.