Ты - моя вселенная
![Ты - моя вселенная](/uploads/covers/2023-09-26/ty-moya-vselennaya-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мария Сильвер
- Жанр: Современные любовные романы
Читать книгу "Ты - моя вселенная"
Глава 22
Под гневным взглядом Стаса пытаюсь привести себя в порядок. Еле как поднимаю лямки, трясущимися руками расчесываю волосы, поправляю помятое платье. Со стороны, наверное, выглядит смешно. Но Волкову не до смеха.
Мой несостоявшийся сексуальный партнер лежит, обездвиженный наркотическим действием, не в силах пошевелиться. Сильно сомневаюсь, что Андрей смог бы совершить начатое до конца.
Стас больно хватает за руку и тащит за собой из квартиры не забывая, прихватить мои вещи из прихожей. Пролетаем четыре лестничных пролета и оказываемся на улице.
Морозная свежесть в один миг окутывает меня, придавая рою беспорядочных мыслей немного ясности.
Как он узнал моё местоположение? Зачем вообще приехал? Разве не должен быть рядом со своей любимой невестой. Ответы нахожу, когда вижу Настю, нервно вышагивающую рядом с его машиной. Не говорю ни слова, лишь с обвинением смотрю на неё.
— Я не знала, что делать. Прости, — подруга смотрит виновато.
— Садитесь в машину, — повышенным тоном приказывает Стас.
Настя отказывается ехать с нами. Придумывает неубедительную причину и быстрей смывается в сторону метро. Хороша подруга! Вызвала демона из преисподней и теперь оставляет с ним наедине.
Волков грубо усаживает меня на переднее сиденье и со всей дури хлопает дверью. Громкий звук больно бьет по воспалённым мозгам.
Быстрым шагом обходит авто и садится на свое место, забыв пристегнуть ремень. Трясущимися от злости руками заводит машину, и мы резко трогаемся с места. В салоне царит гробовая тишина. Смотрю по сторонам, лишь бы не видеть разъяренный взгляд мужчины за рулем.
Его поведение напрямую отражается на вождении. Едем быстро, нарушая скоростной режим. На поворотах по инерции заносит, и я ударяюсь о боковую панель. Впервые вижу его в таком состоянии. Он всегда сдержан, сосредоточен и внимателен на дорогах.
— Ты хочешь нас убить? — взвизгиваю, когда он проезжает на красный свет, и нам сигналят другие машины.
— Соня, заткнись! — водитель орет в мою сторону с бешено горящими глазами.
Совсем слетел с катушек. С таким Стасом я еще не знакома. От неприятного удивления и шока совсем забываю возмутиться. Дальше едем молча. До моего дома доезжаем без происшествий.
Не дожидаясь разъяренного мужчину, бегу в подъезд. На лифте доезжаю до нужного этажа. Слышу звук закрывающейся подъездной двери и приближающиеся быстрые шаги. Стас нагоняет, когда я пытаюсь открыть дверь, но от сильного волнения руки не слушаются. Несколько раз роняю ключи на бетонный пол.
Отбирает у меня связку и с первой же попытки отпирает замок. Квартира встречает нас морозной прохладой. Забыла закрыть окно перед уходом.
Стас включает свет и ощупывает меня с ног до головы пронзительным изучающим взглядом. Увиденное не приводит его в восторг, а больше злит. Забрасывает к себе на плечо, как мешок картошки, и прямо в платье ставит в ванную под ледяные струи воды. Кричу от резкого холода, пронзающего все тело.
— Прекрати! — кричу и рьяно отбиваюсь из последних сил. Царапаю его по рукам, удерживающим на месте.
Спустя несколько минут экзекуция заканчивается. Стас передает мне банное полотенце и белоснежный халат, а сам уходит.
Прошибает крупная дрожь. Колотящимися руками пытаюсь хоть как-то вытереть мокрое тело. Платье неприятно липнет к коже, хочется поскорее его снять. Движения кажутся бессмысленными, потому что одежда отказывается слезать. В конечном итоге побеждаю и выкидываю платье вместе с нижним бельем и колготками в барабан стиральной машины.
Стою, как античная обнаженная статуя в центре ванной комнаты. Тело продолжает неимоверно трясти. Не могу согреться. Зато полностью прихожу в себя. Разум проясняется, плотина безразличия разрушается, выпуская в душу человеческие эмоции. Но чувство вины и сожаления не приходит. Сердце настолько изранено безразличием любимого человека, что готово лечь под другого и хоть раз в жизни почувствовать себя нужным и желанным. Суррогат тоже дает насыщение, пусть и временное.
Надеваю халат на голое тело и выхожу из ванной. Волков спокойно громыхает посудой на кухне. Застаю его за приготовлением травяного чая, что приводит меня в бешенство.
— Убирайся из моей квартиры! — кричу, как полоумная, указывая на выход.
Как же достала его бесконечная забота даже в такой ситуации. Чуть не переспала с неизвестным мужчиной, которого знала от силы час. А он чай готовит. Что я должна сделать, чтобы вывести его на чувства? Пусть орет за неприемлемое поведение, пусть хоть шлюхой обзовет. Но не безразличие. Совсем его не понимаю. То он пропадает из моей жизни, то лезет, куда не просили.
— Садись, попей горячее, — ставит кружку на стол, ближе к краю, где я стою.
— Да пошел ты со своим чаем, — швыряю ненавистный предмет в сторону раковины. От удара кружка разбивается на несколько крупных осколков. Зеленоватая жидкость стекает по кафелю.
Так разрушается и моя жизнь. Громко и больно. Не получается жить тихо. Любить тихо тоже не получается. Сука судьба каждый раз ставит меня на колени, но я не сдаюсь, что её неимоверно бесит. Буду продолжать бороться.
Выбегаю из кухни в спальню в поисках одежды и косметики. Не собираюсь сидеть и жалеть себя, проклиная мир за несправедливость. Одним всё, а другим ничего.
— Куда собираешься?
Волков со всей силы выдирает из рук вещи, которые успела достать из шкафа, и кидает их на пол, как ненужный мусор.
— Закончить начатое, — с наглой ухмылкой смотрю в его закипающие злостью глаза.
Собираюсь довести его до кипения. Взорвать этот спящий вулкан к чертям собачьим. Пусть разнесет здесь всё вокруг, покажет свои истинные чувства. Я должна знать, что не совсем безразлична Стасу, что увиденное задело его.
— Ты никуда не пойдешь, поняла меня, — переходит на повышенный тон. Хватает за плечи и смотрит прямо в глаза. Не могу оторваться от его дьявольски красивых глаз и соблазнительных губ. Хочу его прямо здесь и сейчас.
— Ты не мой мужчина, чтобы что-то запрещать, — перехожу на спокойный тон и облизываю пересохшие губы.
Мужчина замечает мои действия и замирает. Это дает уверенность действовать дальше. Отхожу от него и скидываю халат на пол, не испытывая при этом ни капли стеснения. Поднимаю с пола черные кружевные трусы и медленно надеваю.
Волков молча наблюдает за происходящим. Не могу считать его эмоции. Он отлично умеет прятать чувства.
— Стас, милый, если ты думаешь, что я буду слушаться тебя, то ты сильно ошибаешься, — продолжаю свой монолог, ближе подходя к нему, и оставшуюся фразу шепчу на ухо, — сейчас же соберусь, пойду и лягу под первого понравившегося парня, и ты меня не остановишь. Буду всю ночь стонать под ним и получать удовольствие, которое ты не в силах мне доставить.
Так убедительно вру, что сама себе поражаюсь. Никуда не собираюсь уходить. Я настолько душевно вымотана, что сил хватит только для того, чтобы дойти до кровати.
— Маленькая сучка, так хочется под мужиком оказаться? — шипит в ответ. Больно ударяет спиной об стену. Его рука, как стальной обруч, обхватывает мою шею и сжимает.
— Да, — единственное, что могу вымолвить.
Всего одно слово и в глазах зарождается бешенство. Он разъярен. И мне впервые становится страшно. Такие сильные руки не могут вредить, они должны защищать, дарить наслаждение. Никогда и подумать не могла, что Стас в силах причинить мне боль. Но всё бывает в первый раз.
В легких заканчивается воздух, но это неважно. Его поведение ранит сильнее и острее, чем что-либо. Боль проникает до самых глубин сознания. Я испытала, наверное, все её оттенки.
Ещё немного и он сломает хрупкую шею. Но этого не происходит. Стас ослабевает хватку, но руку не отпускает. Неожиданно начинает поглаживать затылок. Смотрит прямо в глаза болезненным сожалеющим взглядом.
— В могилу меня сведешь, девочка, — шепчет вдруг севшим голосом.
Его поведение поражает. Глаза мечутся, что-то решают.
— Никогда, слышишь. Я люблю тебя, — шепчу ему в ответ, вкладывая в эти слова всю страсть, накопленную годами одиночества, всю боль, которую пришлось пережить.
В доказательство своих слов начинаю нежно целовать мягкие и вкусные, как сладкая вата, губы. Он не отвечает.
Отрываюсь от мужчины и смотрю в его прекрасные глаза с тихой мольбой, с немым криком о том, как он мне нужен. Прямо сейчас.
И что-то рушится в нем. Слетают все барьеры. То, что происходит дальше, сложно описать.
Стас захватывает в плен мои разгоряченные губы и начинает мучительно терзать. Больно кусает и облизывает, будто за что-то наказывает.
Отвечаю со всей страстью, накопленной годами воздержания. Тихо постанываю ему в рот от дикого наслаждения, которое способен подарить только этот мужчина.
Стас углубляет поцелуй и врывается в кипящий лавой рот, не встречая никакого сопротивления. Наши языки сплетаются в едином танце, даря друг другу пьянящее удовольствие. Руки сильнее сжимаются на его груди. Пытаются на ощупь снять рубашку, но безрезультатно.
Стас прерывает поцелуй под разочарованный вздох, исходящий из моей груди. Хватает на руки и несет на широкую кровать. Осторожно опускает на белые простыни и нависает надо мной, расставив руки по бокам. Наклоняется и от ключиц вниз ведет дорожку из поцелуев, пока не находит одно из мягких полушарий, жаждущее его прикосновений. Жадно втягивает затвердевший сосок и начинает умело посасывать, аккуратно покусывает.
Сильной рукой сжимает воспаленную грудь, даря боль наслаждения. Перестаю существовать в реальном мире, растворяюсь в его ласках. Забываю обо всем, что до этого тревожило.
Мои шаловливые руки блуждают по его телу. Одежда безумно мешает. Чтобы избавиться от неё, толкаю Стаса на спину и усаживаюсь сверху. Чувствую восставший член и начинаю об него тереться. Слышу тихое шипение, разливающееся теплом в моём сердце. Мучительно долго расстёгиваю пуговицы дрожащими пальцами. Стас никак не помогает, продолжает ласкать моё возбужденное тело.
Наконец мне это удается и в качестве утешительного приза взору открывается прекрасная картина виде мускулистой груди. Не могу удержаться и не попробовать на вкус эти идеальные темные бусины.
Медленно провожу языком, оставляя мокрый след, и дую на них. Мужчину передергивает. Продолжаю также терзать его плоть круговыми движениями ягодиц.
Стас пытается развернуть меня на спину, но я не позволяю, отталкиваю обратно.
— Шшш, лежи смирно, — приказываю, взяв на себя ведущую роль.
Слишком долго этого ждала, имею право насладиться им сполна. Снимаю с него последнее, что мешает действовать. Задерживаю дыхание от вида обнаженного мужчины.
Стас же заинтересованно наблюдает за происходящим. А я умею удивлять.
Обхватываю большой, стоящий колом орган и медленно вожу рукой по его основанию. Слегка сжимаю. Стас раскидывает руки в стороны, зажимает одеяло и тяжело вздыхает. Увеличиваю темп, сама получая неописуемое удовольствие, наблюдая за его бьющимся в экстазе телом.
Громкие стоны мужчины как бальзам для собранного из осколков сердца.