Ржевский 7
![Ржевский 7](/uploads/covers/2023-11-04/rzhevskij-7-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Ржевский 7"
— Я щ-щас!
Там умываюсь холодной водой и даже заливаю пару горстей себе за пазуху: рубашка в этом климате быстро просохнет, а я чуть-чуть отвлекусь. От неуместных двусмысленных поползновений.
— Дим, скажи своему соотечественнику, что его выздоровление идёт по плану. — Доброжелательно просит мать Мадины через пару минут, окончив сгибать руки, ноги и шею отца Шурика в разных плоскостях. — Ещё пара дней такого режима — и он свои обычные двадцать миль пешком в сутки опять ходить сможет без проблем. Даже по нашей пустыне в жару, — добавляет она.
Добросовестно перевожу на русский.
— Тьху. А за двери почему не давала выйти⁈ — священнослужитель походя забрасывает в рот кубик жареного филе индейки величиной с половину моего кулака. — Если в их пустыню пешком готова отправить⁈
Хренасе, у него аппетит. Даже я уже наелся, а он так целый день жуёт.
Куда в него лезет?
Попутно интересно: это только у отца Шурика после ранения? Или то есть их общее профессиональное цеховое качество — и у всей его церкви аппетит подобный (читай, ненасытный)?
И в прямом, и в переносном смысле, если по золотым кранам в сортирах судить.
— Дим, переводи. Выйти из комнаты ему не давала потому, что, — Шамса начинает загибать пальцы. — В нарушение всех правил и законов Эмирата, отец Искандер лежит на женской половине нашего Дворца. Дворца правящей Монарха, раз.
Перевожу.
— Это в свою очередь сделано потому, что мне так удобнее его выхаживать, два и три: маго-поле, напитанное целительскими заклинаниями, здесь банально сильнее. В-четвёртых…
Начинаю переводить синхронно, чтоб сэкономить время (подсмотрел приём у Мадины, теперь сам тоже так делаю — реально быстрее получается).
— Не надо «в-четвёртых», — скрипит с кровати церковник. — Спасибо и простите. Не знал я, что ради меня так все правила попрали. Да и то сказать, в чужой монастырь со своим уставом… спасибо ещё раз!
— Не ради вас, — качает головой мать супруги сразу после его слов.
Поскольку она тоже менталистка, мой перевод ей не нужен.
Стоп! Так получается, она все его мысли всё это время видела⁈ И тиранила его… почему?
— Пха-ха-ха-ха-ха, Дима! Почему-почему. Ну могут у меня быть свои развлечения⁈ — Шамса Наджиб хохочет, будто звенят заливистые колокольчики.
Не понял ещё раз. Она что, и мои мысли… того?!!
— У тебя всё на лице написано, — мать жены без затей хлопает меня по плечу. — А-ха-ха, какие вы оба забавные!
Хм, в их реалиях — очень красноречивый и близкий жест. Но я это только теперь понимаю, после уроков и лекций Далии.
Попутно: кажется, я теперь знаю, откуда у Мадины такие же загибы. Точнее, от кого.
Яблоко от яблони.
— Когда его можно у вас забрать? Так, чтоб без вреда для здоровья?
— Хоть сейчас: программы регенерации почти отработали, инерции хватит, его клетки сами всё завершат, как надо. Кишечник, правда, стал короче на пару метров, но это не критично.
— Я не в претензии! — заполошно машет руками отец Шурик. — Спасибо! После Пчелы Пращника, да в живых, да на ногах через несколько дней! Благодарю от всей души.
Он подскакивает с кровати и кланяется, подметая рукой пол:
— Когда-нибудь, в наших краях если будете, только скажите.
— Спаси Аллах! — неподдельно вздрагивает Шамса. — Но за само предложение тоже спасибо, учту. Дим, что-то ещё или это всё?
— Если позволите, я с соотечественником прямо сейчас из портального зала домой: очень дела серьёзные, без него не обойдусь.
— Позволяю. Я его одного отпускать не хотела: вдруг с ним что-то случится в его же церкви, так чтоб потом на тебя собак не повесили. — Она многозначительно поднимает и опускает правую бровь. — А раз ты всё лично проконтролируешь…
— Вы мудрая и умная, не только ослепительно красивая, — констатирую без тени комплимента.
Чистая ситуационная правда. Так влёт считывать нюансы оперативной обстановки, ещё и в стране, где она никогда не была… ещё и в социальном институте чужой религии… скажем, для врача — более чем пилотаж.
Снимаю шляпу.
— У него же ранение от вашего церковного артефакта, — пожимает плечами сексапильная тридцатилетняя с небольшим тёща. — Их внутренние разборки откровенные. А отсюда он скорее всего тоже к своим отправится. Какой прогноз сделал бы на моём месте ты? Что его ждёт по возвращении?
— Дострелят со второй попытки рано или поздно, — вздыхаю в ответ. — Или с третьей, дело нехитрое. Причём скорее рано, поскольку покушавшегося лично я в лицо не увидел, а пострадавший даже не предполагал, что он есть.
— Это почему ещё? — подозрительно впивается в меня взглядом отец Шурик, выслушав перевод нашей беседы, выполненный мною по его запросу.
— Потому что под ТТХ того инструмента, которым тебя отработали, как мишень на моём участке между вражескими небоскребами ты не подставился бы, — пожимаю плечами второй раз. — Если б хоть что-то подобное в свой адрес предполагал.
— Чего-о-о? Что за… ⁈
— Тактико-технические характеристики. Этой самой Пчелы Пращника показатели в цифрах, — теперь уже не скрываю, что наблюдаю за его мимикой внимательно. — Ты в этом вашем церковном артефактном оружии волочёшь профессионально, так?
Он порывается набрать воздух и ответить, но я его останавливаю поднятой рукой:
— Так. У тебя на лице тоже всё написано, ты тоже врать не умеешь. Получается, выстрела того ты не ждал, раз подставился: врасплох тебя застали. Подловили с опущенными руками прямым ударом, иначе говоря.
— Однако кто руку приложил из наших, знаю отлично! — старик неожиданно отворачивается в сторону.
— Ладно, я пошла. — Мать Мадины тактично захлопывает дверь с той стороны, беззвучно целуя перед этим воздух и глядя на меня. — Дим, ты здесь уже как дома? Справишься сам?
— Угу.
— Только по женской половине его без себя не отпускай! Это тебе можно, как мужу, в порядке исключения!
— Ой. А отцу Шурику?
Мне его что, на руках нести, в ковёр завернув предварительно?
— Своего протеже ведёшь и сопровождаешь строго по коридорам, ни в какие комнаты заходить не даёшь.
— Принял, будет сделано. Спасибо ещё раз за всё.