Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира
![Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира](/uploads/covers/2023-06-10/bandity-epoxi-sssr-xroniki-sovetskogo-kriminalnogo-mira-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Федор Раззаков
- Жанр: Документальная литература / Публицистика
Читать книгу "Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира"
Закон о кооперации. Убийство в Донецке. Закрыли «Березки». Сходка в Дагомысе
С политической точки зрения 1987 год был не самым бурным годом перестройки. Он был всего лишь преддверием накануне грандиозных событий последующих лет. Хотя и на его долю выпали события отнюдь не ординарные. Взять тот же прилет Матиаса Руста в Москву в мае или выступление Бориса Ельцина на октябрьском Пленуме ЦК.
Кстати, в широких кругах населения снятие Бориса Ельцина с поста 1-го секретаря МГК трактовалось не иначе как происки московской мафии, с которой Ельцин попытался начать борьбу, заняв эту должность. Доля истины в этом, может быть, и была, но не более. Ельцин того времени, так же как и остальные высшие столпы кремлевского олимпа, недооценивал значение организованной преступности в стране и мало что понимал в этом вопросе. Следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре РСФСР Евгений Мысловский так выразился на этот счет: «В 1987 году я написал об угрозе московской мафии Б. Н. Ельцину. Ответ получил от него уклончивый. Вот пишете, мол, об организованной преступности, а кто ее организовал? То есть эту проблему даже на высшем уровне в то время не понимали».
Но есть и другая точка зрения на этот счёт. Высшие руководители страны прекрасно всё понимали и специально вели дело к тому, чтобы преступность поскорее стала организованной и помогла ей «перестроить» страну на новый капиталистический лад. Ведь бандиты тоже ратовали за капитализм, поскольку социализм не давал им возможности развернуться во всю мощь.
30 декабря 1987 года, в Кремле под председательством Председателя Совета Министров Николая Рыжкова заседала авторитетная комиссия по подготовке проекта Закона о кооперации в СССР. В состав комиссии входили:
В. Некрасов – заместитель начальника юридического отдела СССР,
Г. Голзбов – член коллегии Минюста,
В. Семенов – заместитель министра финансов СССР,
М. Козырь – заведующий отделом НИИ гос. и права,
Н. Тихомиров – референт СМ,
А. Серков – член коллегии Госагропрома,
Б. Хвостов – заведующий управделами Центросоюза,
В. Тихонов – академик ВАСХНИЛ.
Вся эта авторитетная комиссия получила от Н. Рыжкова указание в течение месяца подготовить проект нового закона. До этого Совет Министров уже принимал несколько постановлений о развитии кооперативов по производству товаров и услуг, но теперь законом предполагалось стимулировать их дальнейшее развитие. Это было в русле тех перемен, о которых чуть ли не ежедневно вещал новый лидер страны и которые с таким нетерпением ждали люди. Правда, большинство из них не догадывались, какими последствиями обернутся эти обещанные перемены для страны уже в самом ближайшем будущем.
Вступление страны на рельсы рыночной экономики, как это ни парадоксально, укрепило организованную преступность, сделало ее еще более мощной и неуязвимой. Кандидат юридических наук Анатолий Волобуев по этому поводу писал: «Вступление страны в рыночные отношения открыло для нашей мафии невиданные просторы. Одна из основных причин наступательного развития организованной преступности заключается в том, что она при любых условиях являлась в государстве единственной поистине рыночной структурой, что и позволило ей во все периоды быстро (мобильно) приспосабливаться к любым изменениям. И не просто приспосабливаться, но и извлекать при этом максимум материальных и практических выгод».
В отличие от других стран, где организованная преступность развивалась на подпольном рынке дефицита товаров и услуг, наша мафия, защищенная вместе со своими высокими чиновными покровителями от любых форм контроля (в том числе и правоохранительной системы), в последние годы беспардонно, силовыми методами взяла под свой контроль и легальные формы предпринимательства.
Однако последнее произойдет лишь в начале 90-х годов, мы же с вами вернемся в конец 87-го года. Уже тогда предпосылки будущих кровавых войн за сферы влияния в преступном мире давали о себе знать. Череда громких убийств крупных уголовных авторитетов прокатилась в конце года по городам Союза. В Ташкенте был убит Нарик Каграманян. Убит по всем законам гангстерского кино, при выходе из машины, на глазах у многочисленных свидетелей. Почти так же расправились в Москве в декабре 1987 года с одним подмосковным авторитетом. В районе престижных писательских домов у метро «Аэропорт» он садился в свой автомобиль и в этот момент был застрелен неизвестным. Через несколько дней состоялись его пышные похороны, на которых имел честь присутствовать корреспондент английской газеты «Обсервер». Он и оставил об этой церемонии свои воспоминания: «Такси остановилось на том месте, где покрытая льдом дорога сворачивала с шоссе. Здесь стояли 40 или больше автомобилей, и сразу стало ясно, что происходит что-то необычное. На каждом ярде от поворота до кладбища на дороге горели пятна красных гвоздик, равномерно разбросанных участниками процессии. Но самым удивительным был состав присутствовавших на похоронах. По крайней мере шесть люберецких банд были представлены, если судить по группкам, окружающим своих главарей, – последние одеты несколько похоже на чикагскую моду 20-х годов. Не верилось, действительно ли все это происходит в Советском Союзе в 1987 году. Поношенные шляпы на манер Барсалино, низко надвинутые на глаза, потрепанные шерстяные пальто, белые на высоких каблуках кожаные ботинки, сигарета в углу рта. Их было приблизительно человек сто, еще 50 женщин и моментально узнаваемые переодетые в гражданское милиционеры, вооруженные кинокамерами и фотоаппаратами». По меркам 1987 года столь дерзкое убийство (с помощью стрелкового оружия) человека в Москве было, как это ни странно теперь звучит, исключительным явлением. Более того, именно 1987 год для московской милиции был самым «тихим» с точки зрения преступлений годом. За весь этот год в городе было совершено всего 172 убийства, подавляющая часть которых относилась к элементарной «бытовухе». С 1988 года ситуация в этом плане стала меняться, и отнюдь не в лучшую сторону. Поэтому символично, что стрельбой закончился год 1987-й и ею же начался год 1988-й – год, в котором такие словосочетания, как «организованная преступность», «мафия», «рэкет», шагнули в нашу жизнь и прочно в ней обосновались.
В ночь на 20 января 1988 года по Большой Академической улице с неимоверной скоростью мчалась автомашина «ВАЗ-2101» с тремя пассажирами. Следом за ней с такой же скоростью двигались три автомобиля, из которых велся прицельный огонь из двух обрезов. В результате точных выстрелов убегающий автомобиль потерял управление и врезался в дерево на обочине дороги. Из машин преследователей тут же выскочили спортивного вида молодые люди с металлическими штырями в руках и принялись методично избивать трех пассажиров пострадавшего автомобиля.
Между тем невольными свидетелями этой погони стали водители «икарусов», которые догадались записать номера машин и позвонить в милицию. По этим номерам работники МУРа довольно быстро установили, что пострадавшая машина принадлежала членам долгопрудненской группировки, а автомобили преследователей – люберецкой. Тут же по горячим следам были арестованы все участники этого нападения вместе с главарем кандидатом в мастера спорта по боксу С. Аксеновым.
В ходе следствия были установлены истоки этого конфликта. На знаменитом Рижском рынке, открывшемся несколько месяцев назад, держал свою торговлю один кавказец, безопасность которого за деньги обеспечивали люберецкие. Но вот однажды на кавказца «наехали» долгопрудненские, имевшие свои интересы на том же рынке. Так возник конфликт. С. Аксенов, как законный авторитет люберецких, пытался уладить его в рамках переговоров. Но долгопрудненские оказались несговорчивыми. Два раза во время подобных переговоров вспыхивали ссоры с применением холодного оружия. Последняя произошла у ресторана «Бега» и переполнила чашу терпения люберецких. Они решили «наехать» на соперников основательно, что и было сделано в ночь на 20 января на Большой Академической. В результате этого «наезда» один из долгопрудненских лишился глаза. Но никто из них в милицию не заявил, пожелав разобраться с обидчиками самостоятельно.
Предварительное следствие пришло к выводу о виновности трех человек во главе с С. Аксеновым. Им было предъявлено обвинение по статье 206 ч. 3 УК РСФСР – злостное хулиганство. И, как писала по этому поводу в «Советской России» Л. Кислинская, «двойное» дно этого дела скрывает в себе понятие, которое недостатки нынешнего Уголовного кодекса не позволяют назвать настоящим именем – организованная преступность. Между тем страусиная политика советского правосудия играла только на руку отечественной мафии. Уже два года страна жила по новым экономическим законам, рожденным перестройкой, а Уголовный кодекс так и не был усовершенствован применительно к новым реалиям времени. Это позволяло преступным группировкам безбоязненно наезжать на частных предпринимателей, которым власть разрешила зарабатывать деньги индивидуальным трудом, но не защитила их законом. Подобное положение толкало на путь преступлений даже людей, отмеченных властью.
В январе 1988 года в Донецке был убит 43-летний председатель кооператива «Луч» Анатолий Самойленко. Его нашли в его же доме с одиннадцатью ножевыми ранениями на теле. В ходе следствия выяснилось, что это преступление совершила преступная группа из четырех человек, во главе которой стоял 28-летний старший лейтенант милиции, сотрудник уголовного розыска Валерий Коновалов. До этого убийства банда Коновалова уже успела совершить пять преступлений, венцом которых и стало убийство А. Самойленко. Толкнула же преступников на это дело уверенность в том, что председатель кооператива, в котором царили финансовые нарушения, сам выложит любую сумму перед вымогателями. Но Самойленко оказался несговорчивым, за что и поплатился жизнью. Газеты по этому поводу писали, что «дело Коновалова открыло статистику рэкета с применением пыток». Нельзя сказать, что власти совсем бездействовали в борьбе с преступностью в то время. В июле 1988 года, например, одним волевым решением были закрыты все магазины «Березка», как рассадники незаконных сделок и спекуляции. Правда, та же Л. Кислинская по этому поводу тут же заметила: «И не беда, что прикрыли «Березки»! Есть еще валютные проститутки, есть кооператоры, в конце концов. Работа всегда найдется».
Дело в том, что возле этих магазинов вот уже много лет «работали» бойкие ребята, которые наживались на обмене рублей на чеки В/О «Внешпосылторга» и наоборот. К примеру, покупая чеки по 1 рублю 80 копеек, спекулянт продавал их по 2 рубля. Цены колебались в зависимости от сезона, наличия или отсутствия дефицитного наплыва посетителей.
Начиная с 1983 года правоохранительные органы стали проводить крупномасштабные операции по локализации спекуляции чеками «Внешпосылторга» и товарами, скупаемыми в «Березках». За 4 года к уголовной ответственности было привлечено 150 спекулянтов и их пособников из числа работников магазинов.