Князь государственной безопасности
![Князь государственной безопасности](/uploads/covers/2022-12-29/knyaz-gosudarstvennoj-bezopasnosti-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Андрей Канарейкин, Кирилл Поповкин
- Жанр: Фантастика
Читать книгу "Князь государственной безопасности"
Глава 6
Идти пришлось не так чтобы далеко, но маятно. Дважды малолетний бандит пытался завести меня в места скопления своих дружков, но оба раза волнение выдавало азиата с головой и мне приходилось напутствовать идиота пинками. В третий раз, когда он попытался провернуть такой фокус, я плюнул и прошипел ему в ухо, используя псио:
—
Район, в которой мы углублялись, был не из приятных. Конечно, совсем уж мерзких мест, куда и жандармы опасаются соваться, в Париже, наверное, не было (всё-таки даже связанная тысячей договорённостей с нынешней элитой, служба Алисы не допускала слишком наглого разгула бандитизма), но местечко, где мы оказались, на мой взгляд было худшим из виденных мной в этом новом Париже. Унылые однотипные дома, фонари, освещавшие лишь центральные улицы, мёртвые коробки дворов, с которых иногда доносилась резкая музыка из числа той, которую любили слушать парни схожие взглядами с подрастерявшим весь гонор представителем Алых Драконов, который уныло брёл на шаг впереди меня. Вывески магазинов не горели, а сами маленькие заведения, мимо которых мы шли, встречали меня тёмными окнами забранными антивандальными решётками, несмотря на не такое уж и позднее время.
Наконец азиат привёл меня к железным воротам, перегораживающим вход в один из дворов, и кивнул на кованую решётку.
— Там.
— Ну так иди вперёд.
— Не могу. Мне… нельзя, — процедил парень, изо всех сил сопротивляясь давлению псио.
Я иронично поднял бровь и хмыкнул:
— Меня задирать тебе тоже было «нельзя», но ты не видел с этим проблем.
— Там законы жандармские, а тут людские.
Вообще парень использовал жаргонное выражение, корнями уходившее ещё во времена Революций, которое являлось прямым аналогом любимого каторжниками покинутой мной Империи заявления о «законах людских и законах ментовских». Последние, само собой, соблюдать было не особо почётно в среде закоренелых бандитов.
— Ну, я не жандарм, так что всё в порядке.
Малолетний бандит выругался сквозь зубы, но сопротивляться моей воле не мог.
Надо сказать, двор в который мы зашли был куда чище тех многих, которые мы миновали. Никаких рисунков на стенах и мусора под ногами. Двери подъездов тоже ничем подозрительным не измазаны. Видимо, даже бандиты понимают, что лучше не срать там, где живёшь.
Бандит, впрочем, не пошёл к подъездам, вместо этого он направился к небольшой двери в задней части здания, смотревшего на бульвар. Поднялся по ступенькам и замялся на секунду, по подбодренный моим тычком, постучал по выкрашенному чёрной краской металлу. За дверью раздались шаги и хриплый голос спросил на японском:
— Частное владение. Кто это? Что вы хотите?
«Не забывай, что я знаю язык, так что без глупостей и может быть уйдёшь живым,» — прошептал я своему провожатому на ухо и шагнул в сторону.
Парень сглотнул и дрожащим голосом ответил привратнику:
— Дайске Волхан, нужно поговорить с босс, — японский его и правда был не очень.
За дверью раздался короткий смешок, и затем смотровая щель открылась, оценивающий взгляд изучил парня и уже другой голос заявил:
— Ты дверью не ошибся, дурак? Куда лезешь?
— Я… должен сказать… важный новость, — от волнения голос парня задрожал, а произношение стало ещё хуже, — Это есть важно очень.
Привратники перекинулись, а затем первый голос произнёс:
— Ну, твоя шея на кону, таракан. Заходи.
Загремел засов и дверь открылась внутрь. В проёме показался крупный мускулистый мужчина в тельнике без рукавов. Мощные плечи покрыты вязью татуировок.
— Ну? Чего застыл? — прогрохотал бандит гулким басом.
Дайске (наконец узнал, как его зовут) не успел ответить, ведь из-за его спины выступил я и улыбнувшись, сказал:
— Конничива.
После чего толкнул малолетку прямо на бугая. Дайске вскрикнул, вынужденно вцепившись в тельник татуированного, а сила толчка была достаточной чтобы здоровяк вынужден был сделать пару шагов назад.
— Ах ты щенок! — заревел второй голос и слева выскочил второй бандит. Судя по короткоствольному ружью без приклада, судьба Дайске ожидала незавидная.
Я перехватил оружие за цевье прежде, чем бандит успел осознать новую угрозу и толкнул ствол вверх, одновременно впечатывая металл в подбородок второго привратника и выворачивая оружие из рук. Может быть, бандит и удержал бы его, но на правой руке не хватало фаланги мизинца и безымянного пальца, так что хват был не очень крепкий. Бандит выругался, скорее растерянно, и потянулся к поясу, ещё не до конца понимая, что случилось, так что я перехватил ружьё второй рукой и ударил дезориентированного бандита задней стороной короба. Вот что за мода — спиливать приклады?
На этот раз привратник упал оглушённый и я повернулся к татуированному. Тот уже успел отцепить от себя Дайске и выхватить из-за пояса пистолет.
— Тебе конец, ублюдок, — заявил он, поднимая оружие.
Я же сказал на японском, вложив в голос изрядную долю псио:
—
Бандит хрюкнул, его лицо перекосилось, но он вынужден был подчиниться. Я выбросил ружьё за стоявший в углу небольшой проходной стол, подошёл к бандиту, вытащил из-за его пояса нож-танто и посмотрел на Дайске.
— Смотри и запоминай что бывает, когда я серьёзен, — с этими словами я обнажил клинок и плавно, почти нежно провёл лезвием по шее бандита. Кровь ручьём полилась на белый тельник, пистолет задрожал в слабеющей руке, и я поспешил вынуть оружие из пальцев. Надо сказать — мужик был крепкий, он смог простоять ещё почти полминуты, прежде чем сердце остановилось, и он осел на пол.
Я подошёл ко второму бандиту, который вс ещё валялся на полу, и погрузил клинок танто ему в сердце, повернул и выдернул, завершая и эту криминальную карьеру.
— Вставай и пошли дальше, — бросил я побелевшему Дайске.
Тот моргнул и дёрнулся к двери, я поймал его за плечо:
— И куда ты собрался?
— Закрыть. Увидят же. Тут в доме напротив все жильцы из членов семьи.
— Пускай видят. Поймут, что я серьёзен. Пойдёшь впереди, и без глупостей, а не то, как ты понимаешь мне даже это, — я поднял пистолет, — не понадобится.
Дайске кивнул и направился к двери внутрь здания. Я же посмотрел на коротконосый пистолет в руке. Металлическая рамка, ребристая рукоять, кнопка сброса магазина под большим пальцем, сам магазин — однорядный, на восемь патронов плюс один в стволе. Изящная игрушка, в руке лежит легко, предохранитель судя по всему — полувзводом курка. Вообще я обычно не использовал огнестрел, но пистоль после коротких раздумий решил оставить. Он мог пригодиться.
Сунув оружие в карман, я кивнул парню на дверь: открывай, мол. Тот открыл и вошёл внутрь, я прошёл следом, бросив короткий взгляд на распахнутую дверь проходной. Кровь попала на перила и ступени, да и дверь забрызгала. Если кто-то заглянет внутрь, ему не составит труда понять, что случилось.
«И хорошо», — подумал я, прикрывая за собой внутреннюю дверь
Вслед за Дайске я прошёл по короткому коридору до двух дверей. Азиат уверенно подошёл к той, что была не в торце коридора, а в левой стене. Я вопросительно поднял бровь.
— Прямо — магазин, он закрыт сейчас, — хмуро заметил парень, — а вот слева спуск в подвал, там оябун в карты играть любит.
— Надо же, целый оябун, — с улыбкой заметил я, — Играет в подвале в карты со своими парнями.
— Ну да, а что такого? — захлопал глазами мелкий
— То, что тебя это не удивляет, говорит мне, босота, что о порядках островитян ты знаешь даже меньше, чем я думал. Правда я не понимаю, почему ты так боялся сюда идти, если явно тут не раз бывал и знаешь, что и когда босс твой любит делать.
— Я знаю, что его в такие моменты лучше не беспокоить, — хмуро заметил Дайске, — Именно потому, что видел, что он делает с теми, кто навещает его в такое время.
— Допустим, допустим.
Спуск по короткой лестнице занял чуть больше времени чем я думал — приходилось контролировать, чтобы Дайске не выкинул глупость, но тот видимо решил, что после случившегося наверху, ему теперь только одна дорога, и потому смирился.
«Парень смышлёнее, чем я думал».
Ещё один короткий коридор и перед нами очередная дверь. Я приложил ухо к доске и услышал голоса, говорившие на японском:
— Если выложишь второй шан, то твой долг прощён, — уверенный тембр, почти незаметный акцент. Думаю, только один человек мог бы так говорить в этом здании, — Давай, Юсуке, шанс — один к двум.
— Но я не… — тихий и нервный голос, неуверенная речь.
— Давай так — если ты выиграешь, то списываешь долги, а если проиграешь, то делаешь для меня ту работу и я не трогаю твою семью. Ты же хороший парень, заботишься о подружке, о матери, зачем им проблемы?
— Господин Канеда, у вас ведь никто не выигрывал.
— Ну вот и будешь первым! — расхохотался главарь.
Я решительно распахнул дверь.
— Или не будет, — заявил я, окинув взглядом комнату, — хозяин ведь не играет по правилам.
Четверо сидели за столом для маджонга, стоявшим в центре комнаты, ещё двое занимали стулья в углах и сейчас вскочили на ноги. Из сидевших один был в светлой рубахе и штанах. Он выглядел точь-в-точь как японец, которого мы положили на площади. Ещё двое походили на братков — молчаливые, в строгих костюмах с чёрными галстуками. А вот четвёртый, который занял игровое место напротив бледного японца — четвёртый был интересен. Во-первых, он единственный из сидевших не был чистокровным японцем, и выдавали его даже не европейские черты лица и голубые глаза, а ярко-рыжие волнистые волосы, заплетённые в хвост на затылке. Впрочем, за исключением этой детали, выглядел мужчина именно так, как я привык наблюдать боссов якудза ещё в своём мире: яркая рубашка монотонного красного колера, светлый костюм, золотая цепь на шее, браслеты на запястьях и кольца на пальцах. Но главное — никакой суеты во взгляде и движениях. Если телохранители (а это несомненно были именно они) отодвинулись от стола и сунули руки под пиджаки, а несчастный лошок-японец весь сжался за своим столом, то Канеда даже не дёрнулся. Поднял руку, заставив остальных бандитов замереть и улыбнулся мне.
— Почему ты решил, дорогой гость, что я не играю честно?
— Потому что тебе нужно ещё мясо, которое ты хочешь в меня кинуть, — ответил я на улыбку, — А такие как ты не склонны играть честно, когда хотят чего-то достичь. Они живут по своим законам, не так ли?
Канеда рассмеялся моим словам как хорошей шутке:
— Ты входишь в мой дом, незнакомец, утверждаешь, что я обманываю своих клиентов чтобы напасть на тебя? Интересно. Настолько интересно, что я даже выслушаю причины для таких заявлений.
Лёгким движением руки он приказал своим людям занять места и пригласил меня подойти. Хороший ход, надо признать, ведь теперь я как бы выполнял его волю. Эх, бандиты-бандиты, вот как не назовут себя, какой код не придумают, какие татуировки не изобретут, а всё равно всё сводят к дешёвым понтам и игре на публику.