На пути к мышлению или интеллектуальные путешествия в страну Философию
![На пути к мышлению или интеллектуальные путешествия в страну Философию](/uploads/covers/2023-08-05/na-puti-k-myshleniyu-ili-intellektualnye-puteshestviya-v-stranu-filosofiyu-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Андрей Баумейстер
- Жанр: Философия
Читать книгу "На пути к мышлению или интеллектуальные путешествия в страну Философию"
3.4. Эвиденциалистская теория истины
Термин «эвиденциализм» происходит от латинского evidentia -«очевидность» (англ. evidence). Эта теория исходит из предположения, что истинное высказывание или убеждение непосредственно открывается интеллекту в акте интуиции или на основании несомненного опытного (эмпирического) восприятия.
Формально теорию эвиденциализма определим следующим образом.
• Утверждение или убеждение является истинным тогда и только тогда, если оно воспринимается как самоочевидное (на основании интеллектуальной интуиции или на основании эмпирического опыта).
Я употребляю здесь оборот «эмпирический опыт», чтобы отличить его от «интеллектуального опыта». Например, и рационалист Рене Декарт, и эмпирик Джон Локк были эвиденциалистами. Но для первого фундаментом истины был интеллектуальный опыт «ясного и отчетливого восприятия», а для второго, несмотря на некоторые нюансы, - непосредственное чувственное восприятие (sensation). Для Локка простые идеи (например, идеи белого, сладкого, холодного, твердого) являются истинными, поскольку возникают в нашем сознании непосредственно в результате воздействия внешних факторов на наши органы восприятия.
Примеры самоочевидных интеллектуальных утверждений или убеждений
1+2=3.
Ни один человек не является одновременно холостым и женатым.
Если р является необходимо истинным и из р следует q, то q является необходимо истинным.
Я мыслю, поэтому я существую.
Примеры самоочевидных эмпирических убеждений
Этот лимон желтый.
Я чувствую боль в левой руке.
Самоочевидные убеждения эвиденциалистской теории истины в фундационизме (см. 4.1) играют роль базовых убеждений (см. 3.1). Большинство сторонников эвиденциалистской теории истины в теории обоснования придерживается позиций фундационизма.
Понятие «самоочевидность» включает в себя два аспекта: эпистемический и феноменологический.
(1) Эпистемический аспект самоочевидности определим таким образом: утверждение или убеждение р является самоочевидным для субъекта S, если S имеет непосредственное знание о р. Другими словами, S знает р не на основании знания о q, а на основании восприятия (интеллектуального или чувственного) р. Я чувствую боль в левой руке не на основании другого знания (ощущения или переживания), а потому что непосредственно чувствую эту боль. Когда я мыслю, я уверен в собственном существовании не на основании других знаний (например, знаний о существовании деревьев или других людей), а непосредственно усматривая факт собственного существования.
(2) Феноменологический аспект самоочевидности опишем таким образом: после понимания определенного утверждения или положения вещей я чувствую устойчивую склонность принять это утверждение или положение вещей за истинные. В этой связи Локк и Декарт прибегают к метафоре света (распространенная метафора, начиная от Платона и Августина). Когда р является для меня самоочевидным, я пребываю в определенном состоянии, которое можно описать как состояние «ясного и отчетливого восприятия» (Декарт), или как состояние «ясности и понятности» (Локк), или как состояние «озарения» (Фихте).
В философской традиции большинство выдающихся мыслителей, от Платона и Плотина, от Августина, Декарта, Фихте и до Франца Брентано и Эдмунда Гуссерля, разделяли позиции эвиденциализма (хотя и в разных его версиях).
Элементы эвиденциализма могут соединяться с определенными элементами корреспондентской и когерентной теорий истины. Так, у Платона, Аристотеля и Локка мы находим теории истины, в которых сочетаются элементы корреспондентной и эвиденциалистской теорий. А позиции Лейбница и Фихте объединяют в себе элементы когерентизма и эвиденциализма. Поэтому не стоит удивляться, что в разных словарях и солидных монографиях по эпистемологии или истории философии мы натолкнемся на характеристику, например, Локка как эвиденциалиста или как представителя корреспондентной теории истины. Платон в одних источниках предстанет как классический представитель (и даже основоположник) корреспондентной теории истины, а в других - как эвиденциалиста или (и) когерентист. Все очень часто зависит от точки зрения, от способа интерпретации текстов классических авторов и, конечно, от позиции самого исследователя. Например, польский эпистемолог Ян Воленский трактует теорию истины Гуссерля (а также его учеников Александра Пфендера и Романа Ингардена) как версию корреспондентной теории истины[90].
Позиция эвиденциализма связана с рядом серьезных проблем. Во-первых, что мы считаем очевидным знанием? Не сталкиваемся ли мы здесь с проблемой субъективизма и даже солипсизма? То, что для Петра может казаться очевидным, для Марии может казаться совсем неочевидным. То есть существует серьезная проблема универсализации очевидности.
Во-вторых, возникает подозрение в психологизме (несмотря на все старания Гуссерля и некоторых его учеников). Я переживаю состояние очевидности. Истина является результатом интеллектуального переживания. Поэтому, подчеркивают критики Декартовой и Гуссерлевой версий эвиденциализма, состояние очевидности - это скорее психологическое состояние. И хотя, например, у Гуссерля речь идет об интеллектуальном переживании, все равно, чтобы открыть к нему доступ другим субъектам, мы должны применять предложения, язык и употреблять целый ряд понятий. В таком случае непосредственный опыт опосредован интерсубъективным дискурсом. Но тогда опыт очевидности не является первичным. В-третьих, понятие очевидности не поддается четкому определению. Несмотря на серьезную критику, эвиденциализм остается и сегодня влиятельной теорией истины.
3.5.Консенсусная теория истины
Первую формулировку консенсусной теории истины предложил один из основоположников прагматизма Чарльз Пирс. Поэтому эту теорию истины можно рассматривать как одну из версий прагматистской теории истины. Однако ввиду того, что консенсусная теория получила мощное развитие во второй половине XX века в контексте различных философских направлений, имеет смысл рассматривать ее как отдельную теорию.
Пирсово определение консенсусной теории истины можно сформулировать таким образом: истина является согласием интерпретаторов, экспертов (или людей, имеющих в определенных вопросах соответствующий опыт). Другое его определение более лаконично.
• Истина есть идеальная граница исследования (inquiry).
Это определение предполагает, что постепенные этапы исследования все больше приближают нас к этой границе.
Начиная со второй половины XX века консенсусную теорию истины представляют такие философы, как Карл-Отто Апель и Юрген Хабермас.
Вот как описывает позицию Пирса Карл-Отто Апель: «Пирс обратил внимание на то, что истина... не может быть достигнута конечными индивидами и что поэтому принадлежность к аргументационному сообществу ученых включает в себя принципиальное преодоление эгоизма конечных существ»[91].
В версии Хабермаса эту теорию можно определить следующим образом.
• Утверждение является истинным тогда и только тогда, если оно было принято в результате обмена аргументами в идеальной коммуникативной ситуации (ideale Sprechsituation).
Идеальная коммуникативная ситуация не исключает никого из участников коммуникации, однако исключает любое властное принуждение, кроме принуждения наилучшего аргумента.
Главным недостатком консенсусной теории является то, что консенсус как нормативная инстанция (как критерий истинности знания) не удовлетворяет требованиям строгой необходимости и универсальности нашего знания. Вполне логично предположить, что даже при согласии большинства или всех участников коммуникативного сообщества, что р является истинным, на самом деле может случиться, что р является ошибочным. Иными словами, согласие большинства не исключает, что это большинство может ошибаться.
4. Теории обоснования (оправдания)
Теория обоснования (англ. Theory of justification) является одной из главных тем современной эпистемологии. Иногда термин justification передают словом «оправдание» (понятие «оправдание» используется также и в современной практической философии, и в теологии). Возможно, такой перевод корректен, но поскольку здесь речь пойдет только о эпистемологической проблематике, то «обоснование» представляется более удачным вариантом.
Мы установили, что под знанием главным образом понимают обоснованное истинное убеждение. Мы также увидели, что сегодня вопрос «что есть истина?» является довольно дискуссионным и что в современной философии существует целый ряд теорий истины. Однако, если принимать, что знание является обоснованным истинным убеждением, то как нам понимать понятие «обоснование»?
Обоснование - это то, что превращает истинное убеждение в знания. Термин «обоснование» относится к совокупности нормативных терминов, например, таких, как «рациональный», «аргументированный», «подтвержденный». Обоснованное убеждение - это такое убеждение, которое опирается на свидетельство, аргументацию или опыт. Среди современных эпистемологов нет согласия как относительно понимания этих терминов, так и относительно понимания того, как эти термины соотносятся между собой.
Влиятельный современный философ-аналитик Алвин Плантинга предлагает такое определение обоснования: для субъекта S определенное убеждение оправдано, только если оно образовано у S благодаря когнитивным способностям, которые функционируют должным образом (by cognitive faculties functioning properly) в когнитивной среде, отвечающей когнитивным способностям этого S, согласно задуманному плану, который позволяет нам успешно достигать истины[92].
Например, мое убеждение, что на столе лежит яблоко, обосновано, если (1) во время формирования этого убеждения мои когнитивные способности (познавательные средства) функционируют должным образом (так, как им это свойственно, без всяких патологий). То есть, они функционируют так, как их создал Бог или эволюция (это два альтернативных объяснения их надлежащего функционирования). Далее, наши когнитивные способности должны (2) функционировать только в определенной среде (окружении). Это либо освещенная комната, либо стол в саду и т. п. Это мое убеждение может быть дополнено другими убеждениями: что яблоко красивое, что его можно сфотографировать, чтобы написать акварелью, что оно вдохновляет меня на творчество и т. д. (сюда можно добавить еще убеждения удовольствия, надежды, радости и т. п.). Наконец, еще один важный фактор: то, что у Бога или эволюции (3) имеются какие-либо цели, которые Бог или эволюция планируют достичь путем предоставления нам наших когнитивных способностей (познавательных средств). Это может быть наше познание Бога или наше приспособление и выживание в определенной среде.