Баламут
![Баламут](/uploads/covers/2023-05-13/balamut-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Василий Горъ
- Жанр: Городское фэнтези / Самиздат, сетевая литература / Боевое фэнтези / Магическое фэнтези
Читать книгу "Баламут"
…Первые два часа после ужина мы неслись по тайге на очень хорошей скорости и мечтали о горячем душе, мягкой постели и сне длительностью хотя бы восемь часов, а о том, что первым пунктом обязательной программы станут допросы, завуалированные под вежливые разговоры, старались думать как можно меньше. Потом это предвкушение начало подтачивать силу воли, позволявшую не сдаваться многодневной усталости, и мы потихоньку начали сдавать. Да, восстановление, накладываемое на нас Ларисой Яковлевной по первому требованию, возвращало бодрость и придавало сил, но выгорало все быстрее и быстрее. Причем у всех, включая двужильную Шахову и меня. Но стоило мне предложить соорудить землянку и поспать до рассвета, как дамы взбунтовались и заявили, что магофон Той Стороны уже «на последнем издыхании», а значит, отдыхать в двух шагах бега от цивилизации — это редкий идиотизм.
Спорить я не стал, так как не меньше них жаждал выбраться из тайги и отдохнуть не в полглаза, а по полной программе. Поэтому запретил тянуть с запросами на обновление восстановления и продолжил движение.
С двадцати двух ровно и до часу ночи сбивал усталость спутниц сменами темпа движения, резкими поворотами, жестикуляцией и так далее, а когда эти способы почти перестали работать, дал ополоснуться в очередной речушке и продолжил издеваться. К половине четвертого понял, что надо тормозить, иначе ничем хорошим бег в состоянии нестояния не закончится, ушел в свои мысли как-то уж очень глубоко и… проснулся, как только порыв ветра донес до меня тошнотворную и невероятно густую смесь запахов сгоревшей взрывчатки, обуглившейся плоти, сожженных костей, расплавленного металла и пластмасс!
— Что это за вонь?! — спросила Рина, остановившись возле меня и начав создавать плетение сферы.
— Запах войны… — угрюмо ответила Лара, справившейся с той же задачей менее, чем за секунду. — Кстати, ветер дует почти поперек нашего курса, а значит, мы вот-вот увидим и другие ее следы…
Увидели. Буквально метров через шестьсот-семьсот, практически влетев в чудовищный рукотворный бурелом. Прикинув мощность ударных волн, ломавших, как спички, вековые деревья или выворачивавших их с корнями, потеряли дар речи и перешли на шаг. Вернее, вступили в этот безумный трехмерный лабиринт и потерялись во времени, то перелезая под толстенные стволы, то проскальзывая под ними, то обходя огромные ямы, выворотни и частоколы из переломанных ветвей.
Минут через двадцать ко всему вышеперечисленному добавились очаги возгорания, воронки и лужи какой-то боевой химии, разъедавшей все и вся, что ни разу не облегчило задачу. А за сотню метров перед началом сплошного лунного пейзажа, покрытого пеплом и простирающегося километра на три, я засек первые противопехотные мины. Вернее, четкую границу, за которой они устилали землю раза в четыре плотнее, чем рекомендовалось нормативными актами, описывающими характеристики стандартных полос отчуждения перед Стеной!
Переходить это поле даже под взором было страшновато, и я, остановив группу, коротко описал ситуацию, потом достал из перстня коммом, кинул взгляд на экран, на котором стали появляться значки уведомлений, и криво усмехнулся:
— Если «потеряшки» не догадаются воспользоваться связью, то полягут. Все. Без вариантов.
— Краб получил прямой и недвусмысленный приказ… — напомнила Рина, судя по всему, только для того, чтобы не переживать хотя бы за эту группу. А затем спросила разрешения набрать мать.
— Звони, конечно… — буркнул я, устало потерев лицо, и взбодрился своим восстановлением, чтобы лишний раз не дергать и без того замученную Язву.
Бестия достала комм, деловито вытащила из гнезда гарнитуру, затолкала в ухо, ткнула в сенсор быстрого набора номера и застыла. А через несколько секунд довольно замурлыкала:
— Мам, привет! Прости за то, что разбудила, но мы почти вы-… Что?! Н-не поняла?!!! Молчу и внимательно слушаю…
Я тоже превратился в слух, так как во второй вопрос Рина вложила не только недоумение, но и воистину бешеную ярость, что мне, конечно же, не понравилось. А после того, как расплывающийся силуэт подопечной сжал кулаки, вообще затаил дыхание. Как оказалось, ненадолго — буквально секунд через тридцать она оборвала звонок, повернулась ко мне и затараторила:
— Мама приказала срочно убирать коммы в пространственные карманы и уходить с этой точки как минимум на пять километров назад и в сторону…
Я жестом приказал Шаховой выполнить это распоряжение и встроиться в походный ордер, повернулся на север и перешел на легкую трусцу.
— Нет, нам надо в лес! — заявила Долгорукая, а после того, как я повернул еще на девяносто градусов, продолжила объяснения: — Мама, судя по всему, в Нерчинске. Будет над этим районом ровно через час. И прилетит к нам, как только мы выйдем на связь… с комма Язвы!
— Что случилось, не сказала? — перебил ее я, серией жестов отправив дам вперед и начав затирать следы.
— Нет. Но пребывала в жуткой ярости…