Рафаил
![Рафаил](/uploads/covers/2023-03-22/rafail-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Тилли Коул
- Жанр: Любовная фантастика / Эротика / Зарубежная фантастика / Любительские переводы
Читать книгу "Рафаил"
Гавриил почувствовал, как мерцание света, которым он так дорожил, погружается во тьму. Свеча потухает в грозовой буре безнравственности.
― Ты не получишь никаких Откровений в течение шести месяцев, ― услышал Гавриил свои слова.
Он чувствовал себя словно оторванным от своего тела, будто это не он отдавал приказ Рафаилу. Его рот произносил слова, которые он не хотел произносить. Гавриил буквально ощущал неудержимое возбуждение, исходящее от Рафаила, стоявшего в клетке.
― Ей нельзя выходить из поместья… никогда больше.
Гавриил почувствовал, словно копье пронзало его бок и вонзалось прямо в сердце.
― А ты не покидаешь своих покоев. И когда все закончится, ты никогда больше не предашь нас.
― Никогда больше, ― сказал Рафаил. ― Обещаю.
Гавриил наконец позволил себе встретиться с глазами Рафаила. Они были широко раскрыты. На лице брата отражалось непередаваемое волнение, щеки Рафаила раскраснелись, а глаза блестели ― Гавриил никогда прежде не видел его таким счастливым. Никогда. Гавриил почувствовал приступ тошноты. Рафаил был в восторге от того, что ему разрешили забрать чужую жизнь. Гавриил не мог этого вынести. Не мог находиться рядом с триумфом Рафаила. Он повернулся к Варе.
― Пусть он пробудет здесь еще несколько часов, а потом отведи его в покои. Я прослежу, чтобы ее привели туда позже.
― Мария, ― произнес Рафаил, когда Гавриил повернулся, чтобы уйти.
Гавриил замер.
― Ее зовут Мария.
Мужчина закрыл глаза. От того, что он знал ее имя, становилось еще хуже.
«Мария».
Он только что подписал смертный приговор молодой женщине по имени Мария.
Гавриил поднялся на первые несколько ступенек лестницы, следуя изгибу стены, пока не скрылся из виду. Как только он оказался незаметен, его ноги подкосились, и мужчина припал спиной о стену. Он сполз по холодному камню и сел на твердую ступеньку. Голова Гавриила упала на руки. Он дал позволение убийце расправиться с невинной. То, что поклялся не делать никогда.
Мужчина сосредоточился на дыхании вопреки жгучему огню вины в своей груди.
Но когда он уже собрался с духом, чтобы не сорваться, услышал: «Да, брат!».
Хорошо узнаваемый голос Вары долетел до ушей Гавриила.
― Ты добился своего. Убийство. То, о чем мы все постоянно мечтаем. Ты выиграл в чертову лотерею!
― Возьми ручку и бумагу вон там. Мне нужно кое-что для встречи с ней.
Гавриил замер, услышав звук шагов по каменному полу.
Несколько минут стояла тишина, пока не зазвучал голос.
― Как мило. Хотя, полагаю, тебе нужен один из нас, чтобы достать все это у наших неправедных друзей, ― рассмеялся Села.
― Да. И все это нужно мне сегодня. Но главное…
Рафаил сделал паузу. Гавриил знал, что тот улыбался от волнения.
― Все произойдет только тогда, когда будет идеальным. Все должно быть безупречным. Организуй все, Села. Ты знаешь, чего я хочу.
― Будет сделано, Раф.
Гавриил услышал, как Села переместился в заднюю часть Склепа и позвонил одному из многих неблагонадежных людей, с которыми они имели дело. «Друзья с черного рынка», как сказал ему Джон Миллер, когда дал Гавриилу черную записную книжку с контактами.
― Ну и что за постановку вы готовите? ― спросил Уриил.
― Я соблазню ее. Буду проводить в ней дни напролет. Я собираюсь овладеть ей, опустошить ее, заставить нуждаться во мне, чтобы продолжать жить.
Голос Рафаила был низким и серьезным, в нем звучала мрачная решимость. Взгляд Гавриила переместился в направлении основания лестницы, будто он смотрел в золотистые глаза Рафаила и видел, как его лицо загорелось от возбуждения.
― Только тогда я убью ее. Убью с таким совершенством, что никогда этого не забуду, ― Рафаил шумно и прерывисто вдохнул. ― Ни одно убийство не сравнится с этим. Оно станет тем, чего я ждал всю свою жизнь.
Тело Гавриила словно окунули в ледяную воду. Затылком он ударился о каменную стену поместья, доставшегося ему от его деда, серийного убийцы.
Гавриил был измотан. Он не смог бы пошевелиться, даже если бы захотел.
Священники были правы. Он всегда знал, что они были правы. С годами это становилось все более и более очевидным. Бретрены верно определили, что в жилах его братьев текло что-то зловещее.
Гавриил вспомнил отца Куинна, священников Ордена, и то, как они обращались с мальчиками в Чистилище. Они не давали никому из них шанса на искупление. И не пытались их понять. Просто клеймили их Проклятыми и приступали к экзорцизму со всем возможным рвением. Гавриил проклинал священников за то, что они не помогли им, когда те были еще совсем детьми. То, что они сделали, не очистило его братьев от злых помыслов и желаний. Наоборот, развращенная секта священников еще глубже затянула их во тьму, лишив всякой надежды на спасение. Они причиняли им боль, издевались над ними, унижали, пока в их душах совсем не оставалось ничего хорошего. Ни малейшего проблеска света, который можно было бы поддержать и помочь вернуться на путь добра. Теперь все они были темны, как ночь, и ни одна звезда не освещала их безбожный мир.
Бретрены заставили поверить его братьев в то, что люди только и делают, что причиняют им зло. Что им не было места в нормальном обществе.
Гавриил не знал, как исцелить их и как помочь. Сидя на каменной ступеньке, он был охвачен чувством беспомощности.
― Ты же настоящий инкуб (прим.: в средневековых легендах распутный демон, ищущий сексуальных связей с женщинами), Раф, ― произнес Дил, и Гавриил различил негромкий смех других своих братьев в Склепе. ― У этой девочки нет ни единого шанса. Она будет твоей в мгновение ока.
Гавриил с трудом выдохнул и заставил себя подняться. Он никогда не покажет своим братьям, насколько их образ жизни уничтожал его. Он сам согласился на это. И был одним из тех, кто принял систему своего деда. Это была его идея. Не их. Всю жизнь парней заставляли чувствовать себя неполноценными. Гавриил не стал бы бросать камень в их и без того израненные души.
Рил пересек фойе и направился в свой кабинет. Взяв со стола аптечку, он на нетвердых ногах добрался до комнаты отдыха и постучал в дверь. Когда он вошел в комнату, Мария сидела на диване, обхватив руками свои согнутые ноги. Гавриил сглотнул от стыда за то, что собирался допустить.
― Отец, ― обратилась к нему Мария, когда он подошел.
Гавриил смотрел на нее ― на волосы, которые обволакивали ее тело, словно кокон. Мария была явно верующей, католичкой. В Бостоне это было неудивительно. Гавриил понимал, что, должно быть, Орден дал ей задание разыскать Рафаила. Но он не хотел выяснять, принадлежала ли она к хорошо знакомой ему общине. Он не хотел знать, насколько сильна и фанатична ее вера. Когда он взглянул на Марию, ее голубые глаза настороженно уставились на него в ответ.
Мужчина опустился перед ней на колени и открыл аптечку. Молча он достал толстую резиновую ленту. Мария внимательно наблюдала за ним.
― Протяни руку, ― сказал он.
Мария колебалась лишь секунду, прежде чем выполнить его просьбу. Она не спросила его, зачем. Просто сделала то, что он приказал. Гавриил зажмурил глаза и глубоко вздохнул. Она идеально подходила Рафаилу. Рил понятия не имел, почему она была такой покорной, особенно когда имела дело с незнакомцем. И с опасностью. Но девушка повиновалась и протянула ему руку, чтобы он делал с ней все, что пожелает.
Гавриил повязал ленту вокруг ее руки. Вены выступили, пока он держал ее вывернутое запястье. Он достал из сумки иглу и воткнул в ее плоть, наблюдая, как ее красная кровь вырывается в прозрачную полость шприца. Мария даже не вздрогнула. Когда Гавриил поднял голову, Мария смотрела на него, ее голубые глаза изучали его лицо. Мария не спросила, зачем он брал у нее кровь. Она не поинтересовалась, чиста ли игла. Девушка просто делала то, что ей велели.
Мария явно обладала высокой терпимостью к боли, ни разу не поморщившись и не вздрогнув, когда игла пронзила ее плоть. Гавриил подумал, не сам ли Дьявол отдал эту девушку в руки Рафаила в качестве награды. Он никогда не встречал человека, столь идеально созданного для другого… не представлял существование такой совершенной девушки для его брата.
Вытащив иглу из ее руки, Гавриил протер маленькую ранку антисептической салфеткой и наложил пластырь на след от иглы. Он убрал кровь в сумку и поднялся на ноги. Его сердце учащенно забилось, когда он поднял голову и увидел, что Мария снова смотрела на него.
― Позже я пришлю кого-нибудь за тобой.
Он видел надежду в глазах Марии ― надежду на то, что ее освободят. Гавриил не мог позволить ей надеяться напрасно. Он не был жесток.
― Ты… тебя отведут обратно к Рафаилу, Мария.
Мария держала подбородок высоко поднятым. Взгляд ее голубых глаз ненадолго опустился, но, когда она вновь подняла его, то кивнула, будто только что получила ответ на безмолвный внутренний вопрос. В ее взгляде он не увидел ничего, кроме силы и решимости. Она приняла решение умереть. Гавриил прочистил горло, заглушая боль, которую причинил ему этот момент.
― Ты не можешь больше покидать его покои.
Это прозвучало так, словно ей просто было запрещено уходить. Но они оба знали, что скрывалось за этим ― она никогда не покинет его комнаты живой.
Гавриил развернулся, собираясь уходить.
Но не успел он дойти до двери, как Мария подала голос.
― Ты заботишься о них.
Гавриил закрыл глаза от отсутствия осуждения в ее голосе. Отсутствия порицания. Гавриил не мог вспомнить, когда в последний раз разговаривал с кем-то, кто не был связан с их ненормальной жизнью в поместье. Он повернулся и встретился с ней взглядом. Это было самое малое, что он мог сделать после того, как обрек ее на смерть.
― Эти люди… Рафаил… ты любишь их. Несмотря на их сущность. Ты пытаешься спасти их.
― Когда-то я думал так… ― Гавриил хотел продолжить, но остановился, ― …но для них нет спасения. Теперь я знаю это наверняка.
Мария улыбнулась. Это был последний смертельный удар по совести Гавриила.
― Я… я верю, что каждый может быть спасен. Даже те, кого мы боимся не спасти.
Девушка обхватила себя руками, будто ее обдало холодом.
― Думаю, пока есть люди, которые любят их и не отказываются от них, не все потеряно. Но этим людям нужно отбросить свои страхи и предрассудки и попытаться найти в этих отступниках что-то хорошее, какими бы тщетными ни казались их усилия. Кто-то, однажды, может достучаться до них и показать им новый, лучший путь. Или подарить им свет, в котором они сильно нуждались в дни вечной тьмы, хотя даже не подозревали об этом. Не так ли, отец?
Гавриил уставился на эту девушку, которая выглядела такой маленькой и хрупкой на диване.
― Почему ты работаешь на них?
По реакции Марии ― напряженным мышцам и сверкнувшим глазам, он понял, что девушка точно знала, кого он имел в виду. Отца Куинна. Орден.
Мария расправила плечи.
― Мы все делаем то, что должны, ― сказала она, и легкая дрожь в ее голосе выдала отсутствие убежденности. ― Я знаю, что вы понимаете меня.
Гавриил почувствовал, как у него защемило в груди. Потому что он действительно понимал ее. Прекрасно понимал. Хотя ему было любопытно узнать, что его бывший наставник имел на Марию, чтобы сделать ее такой покладистой. Но не стал спрашивать. Ее дыхание было затруднено. Какие бы демоны ни терзали ее разум, она сама должна была справиться с ними. Он не имел права вмешиваться, в то время как сам приговорил ее к смерти.