Царство сумеречных роз
![Царство сумеречных роз](/uploads/covers/2023-11-03/carstvo-sumerechnyx-roz-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Даша Пар
- Жанр: Неотсортированное
Читать книгу "Царство сумеречных роз"
Я немного утрирую, но, в целом, как-то так и представляется высшее существо, обманувшее смерть. Реальность оказалась куда проще. Офортос выглядел как обычный человек. В толпе не узнаешь.
Даже яркие голубые глаза цвета утреннего неба не имели той волшебной силы, присущей вампирам. У него были короткие, слегка вьющие волосы русого цвета. Квадратная челюсть, тонкие брови и губы. Было что-то такое в его чертах лица, отчего казалось, что он сочувствует тебе, симпатизирует и сам вызывает симпатию. Крепко сложенная фигура, лёгкий загар под дорогим костюмом серых тонов. Запонки, часы на запястье и стильный серебристый галстук.
И всё-таки было в нём что-то особенное. Я бы сказала, что он легко шагает сквозь века. Чем дольше мы находились в одной комнате, тем больше я проникалась его магнетизмом. От него сложно оторвать взгляд, стоит только попасть в капкан его глаз. Это волна настоящей силы. Влияния. Подлинной власти.
Офортос с дружелюбным интересом разглядывал меня в ответ, понимая, какой эффект производит. Ему нравилось видеть моё смущение и то, как я пытаюсь собрать себя по кусочкам после оглушительной «трапезы».
Вечный отвёл меня в ту самую мансарду, откуда наблюдал за мной и Дарденом. Здесь как в тропиках повсюду в кадках стояли пальмы. Между нами ряды из комнатных цветов, получающих дополнительное освещение из-под потолочных ламп дневного света. Где-то в глубине доносилось весёлое журчание маленького водопада, а возле панорамных окон, состоящих из квадратных стёклышек, разместились кофейный столик с уютными плетёными креслами, в которых мы и расположились.
За прошедшие часы солнце успело укрыться за тучами, на землю спустился дождь, мягко стуча по стеклянной крыше. Николь принесла нам кофе в кофейнике, чашки и вазочку с орехами и сухофруктами. Офортос тепло поблагодарил её и велел заняться юношей в спальне. Поклонившись, вампирша удалилась, и мы остались одни.
– Дарья Соррент, дочь вампира Кирилла Соррент и человеческой женщины Аделины Веллер. Родилась человеком, стала дампиром в руках возлюбленного, – заговорил Офортос, продолжая меня изучать.
В его глазах так и стояло любопытство, а голос звучал немного диковинно и с непонятным акцентом. Излучая дружелюбие, чем-то напоминал психотерапевта из фильмов, но держался с грацией аристократа. Поймав его взгляд, почудилось, что он хочет по-отечески обнять меня и успокоить. Это сильно контрастировало с тем, какой пожар продолжал тлеть внутри моего тела. Я едва себя сдерживала, меня одномоментно терзал и сексуальный голод, и вампирский, будто кровь донора не утолила жажду, а только распалила её.
– Вы ошибаетесь, господин. Меня обратили дикие вампиры, – сглотнув, ответила я, отводя взгляд. – И моё полное имя – Дарья Волкова. Я не вхожу в соррентийский клан.
- И всё-таки ты из их породы, - отмахнулся он, лукаво поглядывая, зная, какой пожар разбудил во мне его донор. – И, милая девочка, ты мне лжёшь. Я знаю о дампирах всё. Превращение не состоится, если рядом с человеком не окажется любящей вампир. Это может быть его родитель или возлюбленный. Кровь позовёт кровь. Иначе ты бы умерла во время трансформации, – крайне деликатно возразил Офортос. Он разлил по чашкам кофе и протянул мне. – Кто он, моя милая?
– Я не ваша милая. И не буду отвечать на этот вопрос, – холодно сказала я, машинально принимая чашку.
Наши пальцы соприкоснулись, и меня как током ударило. Через всё тело прошла волна, сосредотачиваясь между ног, и я согнулась, пытаясь ослабить давление. Чашка выпала из рук и разбилась, а я продолжала тяжело дышать, пытаясь успокоиться. Если он снова тронет меня – я потеряю над собой контроль.
Всё как будто застыло. Не смея поднять головы, наблюдаю, как расплывается коричневое пятно по голубой плитке. А потом вижу перед собой мужскую руку. Офортос закатал рукав, обнажая запястье.
- Пей, - приказал он.
Но я только скрипнула зубами. Ни за что я не буду пить кровь этого существа. Всё, что происходит, - следствие его воздействия. Он манипулирует мной. Но с какой целью?
- Пей! – прикрикнул он, меняя тембр голоса.
Я сама не поняла, что делаю. Мои руки потянулись к его запястью, а потом я вонзила клыки в его кожу. Кровь полилась ко мне в рот, я почти захлёбывалась ею, окунаясь в прохладное озеро, остужающее моё тело и успокаивающее душу. Его кровь оказалась лекарством от болезненного вожделения. Закончив пить, я откинулась назад, наблюдая, как быстро смыкаются края раны.
Офортос взял со стола льняную салфетку и аккуратно вытер мой рот. После призвал Николь, чтобы та убралась и принесла новую чашку. Через несколько минут мы вновь остались одни. В моих руках крепкий кофе, он приятно бодрит успокоенный разум, и я со всё возрастающим недоумением гляжу на своего собеседника.
- Прости, иногда я забываю, что молодым вредна кровь моих ребят. Слишком сладкая, как наркотик. Когда-нибудь, ты сможешь её пить, не боясь утратить контроль, - он извиняюще улыбается, но по глазам вижу, ему хотелось связать нас, пускай и на время. – Так кто он, твой возлюбленный? – повторил Офортос свой вопрос. Не дождавшись ответа, посмотрел совсем иначе. Его глаза засияли голубым светом, который отворил во мне потайную дверцу, и я разом обмякла.
– Ян, – выдохнула я и давление ушло. Осознание, что сделал Офортос, напугало. Он вынудил меня признаться!
– Вампир и не почувствовал бы влияния, – мягко сказал Офортос, отпивая из чашки и чуть сощурившись, как кот на солнышке. – Но ты не вампир. Ты моей породы.
– Вы дампир?
– Милая, все вечные дампиры. Мы просто скрываем эту маленькую деталь, – и он подмигнул мне.
Прямо здесь и сейчас я осознала простую истину. Маленький секрет вечности. Дампиры не полукровки. Они не слабее вампиров или людей. Наоборот, мы вобрали в себя сильные стороны обеих видов. Мы обладаем бессмертием. Мы способны очаровывать и людей, и вампиров. С годами наша сила увеличивается, переходя границу всемогущества. Теперь понятно, почему вечные правят миром. И почему Офортос заинтересован во мне.
Это должно было обрушить меня, перепугать до чёртиков. То, как он смотрел на меня, то, какими силами обладал. В этой мансарде среди пальм и комнатных растений, под тихий шелест дождя, в приятной прохладе и таком непередаваемом уюте, что рождается в домах, которых любят их владельцы, здесь и сейчас я испытала первобытный ужас. Как в мягкой игрушке найти иголку или в конфетке лезвие. Вот-вот польётся кровь, вот-вот станет больно. Но пока сладость во рту, а игрушка забавно морщится в руках. И страх испарился.
– Что вы от меня хотите? Зачем вызвали? – очень тихо спросила я.
А он такой расслабленный. Именно что уютный. Домашний в своём стильном костюме и с чашкой кофе в руках. Он вытаскивает из вазочки орешек, кидает в рот, чуть ли не мурлычет от удовольствия и кажется таким безмятежным. Далёким. Будто все пути уже пройдены и далее всё пойдёт изведанными тропами.
– Когда я узнал о тебе, первым желанием было поступить так, как мы поступаем в аналогичных случаях. Забрать к себе, – заговорил он, ставя чашку, и вытаскивая ещё миндаля из вазочки. – Это нормальная практика. Мы бережём своих. Особенно таких молодых, как ты. Ведь ты понимаешь, что являешься одной из нас?
Я кивнула, отпивая немного кофе. Горько. Как же горько!
– Я хотел предложить тебе стать моей ученицей. И поверь, лучше я, чем Цифея. Она бывает жестокой к молодым. А ты так молода.
– Но вы переменили решение? – осторожно уточнила я.
– Да, – кивнул он, складывая пальцы домиком и указывая на меня. – Я не хочу насильно тебя тащить, а только так можно было бы разорвать твою связь с Дарденом. Теперь ещё и Ян объявился. А я знаю этих молодых юношей, в этом треугольнике и так много страстей. Поэтому я оставлю тебя здесь. Ты уже влюблена в одного из них. Твоё сердце занято. Это временно. Спустя десятилетия ты останешься одна. Любимый умрёт от старости, дети, если будут, вырастут, и начнут сторониться своей нестареющей матери. Другие вампиры тоже не смогу свыкнуться, что ты переступила через столетний рубеж. Все, кого ты знаешь, умрут. И ты познаешь первую горечь вечности. Вот тогда ты сама придёшь к нам. Ведь мы будем единственными, кто разделит с тобой грядущие века, – он говорил почти как сказочник, с той же интонацией, с той же теплотой и горькой сладостью, что расцветала у меня во рту из-за смешения остатков крови и кофе.
Он говорил, а я видела всё то, о чём были его слова. Сейчас я ещё не успела в полной мере погрузиться в жизнь. Вампиры, которые мне нравились, ещё не успели стать мне друзьями. А интриги, что проворачивала я, и что сплетал Ян, казались слишком простыми, чтобы в них запутаться. Я видела рядом с собой Дардена, видела, как непросто нам будет идти, если наши дорожки совпадут. Я всё это видела как наяву. Чётко и ясно.
Не зря Офортос так расписывал моё будущее. Он понимал меня. Когда-то он сам прошёл этот мирской путь, прежде чем вечность окончательно его изменила.
– Но я могу облегчить тебе жизнь. Избавить от неизбежных страданий. Пойдём со мной. Я познакомлю тебя с остальными. Мы разные, но всех нас объединяет одно, – мы не умрём. Не исчезнем. Не бросим тебя. И не станем ничего требовать.
Его вкрадчивый голос как дым проникал в мои мысли, поднимая на ноги. Мы вышли через дверцу на открытый балкон под дождь. Он держит меня за руку, стоит близко, чуть приобняв, и продолжает шептать, рассказывая, какой удивительный мир меня ожидает, если я пойду с ним.
Он говорит, что молодость может быть увлекательнейшим приключением, а зрелость научит видеть реальность такой, какая она есть.
– Мы управляем этим миром, Дарья, – с убеждением говорит Офортос. – Мы храним наших детей, чтобы самим не исчезнуть среди людей. Однажды ты займёшь место среди нас, так зачем тебе страдать из-за таких мелочей, как любовь смертных? Зачем испытывать судьбу там, где тебя презирают, используют и толкают в бездну? Эти игры ничтожны, а цена смехотворна для той, перед которой открыты врата вечности. Отринь это. Освободись.
Он не пытался на меня воздействовать. Ему это было и не нужно. Офортос подбирал слова так, что я отчётливо осознавала всё, что он пытался донести. Каждое слово раскрывалось мыслями и чувствами. Это было слишком больно.
Я осторожно высвободилась и повернулась к нему лицом. Ему на волосы упал маленький жёлтый листок, отчего он показался ещё более нежным и трогательным. Заботы в его глазах хватило бы и на целую отару детей. Я такого никогда не видела и потому понимала, из-за чего люди в этом доме так дорожат им. Он и правда заботился о своём стаде. Как о людях, что добровольно отдают ему свою кровь, так и о вампирах, что выбрали служение ему.
– Я хочу попробовать это, – прошептала я. – Что такое любовь. Да, я хочу испытать её, даже если это убьёт меня. Я слишком молода для того, чтобы отказаться от жизни смертной.
И он улыбнулся. Он знал, что я так скажу, и даже не расстроился. Просто провёл рукой по моей щеке, очерчивая овал моего лица, вызывая воспоминание сладостного удара током.
– Да. Ты правда этого хочешь, – сказал он. – Я не буду препятствовать, моя маленькая принцесса. Попробуй эту жизнь на вкус. И не испытывай сожалений, если она тебе не понравится. Но знай, если я узнаю, что тебе грозит реальная опасность. Если ты ввяжешься во что-то, к чему не готова… Я приду за тобой. И заберу, даже если придётся уничтожить всё, что ты успеешь полюбить.