Дело кремлевских врачей: как готовилось убийство Сталина
![Дело кремлевских врачей: как готовилось убийство Сталина](/uploads/covers/2023-03-18/delo-kremlevskix-vrachej-kak-gotovilos-ubijstvo-stalina-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Дело кремлевских врачей: как готовилось убийство Сталина"
АРЕСТЫ В НАЧАЛЕ 1953 Г
В январе — начале февраля 1953 г. по Москве прошла новая волна арестов. Были арестованы профессора В.Ф. Зеленин, Э.М. Гольштейн, Н.А. Шерешевский, Я.Л. Рапопорт, братья В.Е. и С.Е. Незлины, М.Н. Егоров, М.Я. Серейский, М.Я. Темкин, Н.Л. Вильк, Е.Ф.Лифшиц и другие видные специалисты. В.Ф.Зеленин был арестован 25 января 1953 года.
К середине февраля было оформлено «дело», по которому проходило 28 врачей. Антиеврейский характер его усилился, поскольку, кроме «вредительства», арестованным инкриминировалась также «националистическая деятельность» — создание сети единомышленников в московских медицинских учреждениях. В феврале 1953 года были арестованы еще 37 человек, в том числе 24 врача и 13 членов их семей, преимущественно жены. По данным же Г.В. Костырченко, основанным на архивах, в «деле врачей» по «кремлевской медицине» оказалось всего 37 арестованных.
Патологоанатом Я. Рапопорт был арестован в феврале 1953 г. При обыске в квартире у Рапопорта нашли ампулу с надписью «яд». Его попытки объяснить, что атропин — это сердечное лекарство, были безуспешны. Ему, будто бы, даже задали вопрос: «Сколько сердец уже этим сердечным остановили?» Среди арестованных был второй личный врач Сталина Б.С. Преображенский, который обычно вызывался к Сталину на дачу при заболеваниях горла уха и носа.
Игнатьев направил Сталину очередной доклад о деле врачей после 17 февраля 1953 г. Видимо, они встречались на даче, так как записей об их посещении кабинета Сталина в Кремле нет. Есть свидетельства, что Сталин правил данное обвинительное заключение по делу врачей. Суть редакционных помет Сталина на проекте обвинительного заключения сводилась к стремлению выделить и особенно подчеркнуть роль Абакумова как человека, приложившего усилия для того, чтобы спрятать от следствия связи врага народа Кузнецова с иностранной разведкой. «Абакумов и Власик отдали Тимашук на расправу… иностранным шпионам террористам Егорову, Виноградову, Василенко, Майорову». На полях Сталин дописал: «Он [Жданов] не просто умер, а был убит Абакумовым».
Редактор обвинительного заключения стремился подчеркнуть личную виновность Абакумова. Вместо первоначальной формулировки: «Действуя как подрывники, Абакумов и его соучастники Леонов и Комаров игнорировали указания ЦК КПСС о расследовании связей (вписано Сталиным — спрятать от следственных властей неоднократные уловки) — с иностранной разведкой, врага народа Кузнецова и участников его изменнической группы, орудовавшей в партийном и советском аппарате (вписано Сталиным — в Ленинграде). В преступных целях они (Сталин — он) ориентировали (Сталин — ориентировал) следователей на то, чтобы рассматривать дело Кузнецова и его единомышленников в виде отдельной локальной обособленной группы, не имеющей связей с заграницей». Абакумов также обвинялся в попытках организации убийства Маленкова. Таким образом, его напрямую связали с показаниями Шварцмана о якобы готовившимся им покушении на Маленкова.
Обвинение было выдвинуто против руководителя личной охраны Сталина генерал-лейтенанта Власика, который, оказывается, видел письмо Тимашук, написанное 29 августа 1948 г. уже 30 или 31 августа и передал это письмо Абакумову. В проекте обвинительного заключения, направленному Сталину, этот факт излагался следующим образом: «Абакумов и Власик отдали Тимашук на расправу… иностранным шпионам-террористам Егорову, Виноградову, Василенко, Майорову».
В ходе следствия от общего русла «дела кремлевских врачей» еще отделилось несколько разных «дел».
В начале 1953 года «чистка» самих органов МГБ от работников еврейского происхождения, начатая в центральном аппарате МГБ еще в июле 1951 года. 22 февраля 1953 года выходит «Приказ Љ17» по МГБ СССР, согласно которому все сотрудники «еврейской национальности» должны быть уволены в течение суток «по сокращению штатов». Приказ был разослан по всем областным управлениям МГБ.
Одновременно происходила очевидная «русификация» аппарата ЦК КПСС и органов Прокуратуры СССР. По устным директивам немалое число евреев увольнялось и из редакций центральных газет. Однако процесс сокращения представительства евреев в органах государственного руководства и пропаганды был в большей степени связан с резким обострением отношений СССР с Израилем. В высших кругах СССР были доброхоты, которые хотели бы с ходу решить еврейский вопрос.