Сокровище Родины[сборник]
![Сокровище Родины[сборник]](/uploads/covers/2023-03-16/sokrovishhe-rodinysbornik-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Михаил Волконский
- Жанр: Русская классическая проза / Исторические приключения / Авторские сборники, собрания сочинений
- Дата выхода: 2017
Читать книгу "Сокровище Родины[сборник]"
III
Я вошёл, наклонив голову, чтобы не удариться о низкую притолоку двери.
Убранство комнаты, в которую я попал, не совсем соответствовало внешнему виду убогого домика и казалось как будто даже слишком роскошно для него. Правда, состояло оно почти исключительно из ковров, но ковры были очень хорошие, и покрывали они сплошь стены, потолок и пол.
Лампа стояла на низеньком столике у широкой тахты. На тахте лежала бледная больная женщина. Исхудалое лицо её с большими чёрными глазами, почти совсем синие губы и совсем сквозные руки служили несомненным признаком, что больная страдает давно и истощена очень сильно своею болезнью.
Девочка опустила за мною ковер на двери и, сама проскользнув мимо меня, прошла к больной. Она сказала ей что-то на непонятном мне гортанном языке. Больная с трудом перевела на меня глаза и, сделав усилие, произнесла:
— Вы русский?
Услышать родную речь здесь я ожидал всего менее.
— А вы, вы тоже русская? — невольно спросил я в свою очередь.
Девочка-арабка замахала мне рукой и приложила палец к губам в знак того, чтобы я молчал. Больная тяжело вздохнула и стала шевелить губами. Я прислушался.
Мне показалось, что она шепчет какое-то незнакомое слово, что-то вроде «Тотелос».
— «Тотелос?» — повторил я за нею.
Она качнула головой и снова зашептала.
— «Даделус!» — расслышал я наконец, снова повторил, но всё-таки ничего не понял.
Она закрыла глаза, показав этим, что я произнёс верно.
— Что это такое? — спросил я. — Я не знаю.
Лицо больной конвульсивно подёрнулось.
— Маяк, маяк!.. — произнесла она настолько громко, что девочка-арабка, испугавшись, дрогнула и протянула к ней руки.
Я понял, что мне хотят объяснить что-то, может быть, дать какое-нибудь поручение относительно этого маяка. Значит, он должен лежать на моём пути.
— «Даделус»… маяк, — повторял я, — он стоит в Красном море?
Глаза закрылись и ответили мне: «Да».
— Хорошо, я иду теперь в Аден, — стал спрашивать я, — «Даделус» попадётся на нашем пути?
— Да!..
— Я не морской офицер, — пояснил я, — плаваю в первый раз и потому не знаю маяков. Но «Даделус» запомню, будьте уверены… Что же дальше?
Губы больной делали новые усилия. Наконец я едва расслышал:
— Махните три раза платком…
В первую минуту я опять ничего не понял. Мне показалось сначала, что она хочет, чтобы я сейчас стал махать платком зачем-то.
Больная, видя, что я не понял, забеспокоилась.
— Вы хотите, — вдруг сообразил я, — чтобы я, проезжая мимо этого маяка, махнул платком три раза, да?
Больная радостно улыбнулась.
— Да, да!..
— Я обещаю вам, что сделаю это. Что вам ещё угодно?
Глаза остались закрытыми, губы были неподвижны. Я выждал некоторое время, чтобы дать ей отдохнуть. Девочка-арабка не спускала с неё глаз. Я тоже молча смотрел и ждал.
— Что же дальше, что ещё хотите вы, чтобы я сделал? — снова спросил я.
Больная опять открыла глаза и глянула на меня, зашевелив губами.
Но как ни вслушивался я, ничего не мог разобрать.
Я приблизился к тахте, нагнулся почти к самому лицу больной, она заметалась на своём ложе и замотала головой. Говорить она, видимо, не могла.
— Больше ничего, только махнуть три раза платком, проезжая мимо «Даделуса»? Или ещё что-нибудь? — проговорил я, желая помочь ей.
Она затихла.
— Больше ничего?
Она закрыла глаза.
Что значили эти закрытые глаза, на этот раз я не мог объяснить себе. Неужели вся её просьба состояла в том, чтобы я махнул три раза платком у «Даделуса»?
Больная снова стала метаться по постели, но видно было, что теперь делает она это непроизвольно. Судорога исказила её лицо, и руки стали вскидываться, вздрагивая.
Девочка-арабка вдруг заволновалась, заговорила на своём гортанном языке, обращаясь ко мне и показывая на дверь.
Я стоял, не зная, что мне предпринять. Припадок больной усиливался. Арабка подбежала ко мне, схватила за руку и потянула к двери. Ясно было, что она хочет, чтобы я скорее ушёл, оставив её одну с больной, с которой она знала, что делать, и знала, как успокоить её. Она старалась, как только умела, показать мне это жестами. И почти насильно вытащила она меня за дверь и там поклонилась низко, приложив руку к голове. Она благодарила меня. Вероятно, по её мнению, всё, что от меня требовалось, я исполнил.
Она протянула руку по направлению, куда мне идти, и исчезла за ковром, бесшумно опустившимся за ней.
Я остановился, прислушался: всё было тихо. Звёздное небо сияло, освещая рассеянным, сумрачным светом землю. Вдали чернели здания Порт-Саида.
Послышался отдалённый свисток парохода. Он мне напомнил, что к двум часам я должен быть на палубе.