Ученица ведьмы и узы проклятой крови
![Ученица ведьмы и узы проклятой крови](/uploads/covers/2023-10-25/uchenica-vedmy-i-uzy-proklyatoj-krovi-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Райн
- Жанр: Ужасы / Фэнтези: прочее
Читать книгу "Ученица ведьмы и узы проклятой крови"
* * *
Девочка покидала родную квартиру с распухшими от слёз глазами. Она вдруг поймала себя на мысли, что последнее время плакала гораздо чаще, чем улыбалась. Так или иначе – Вера победила. В конечном итоге придётся идти к ней и просить зеркало, чтобы вернуть свою внешность, либо остаться там навсегда и помочь родителям своей бывшей подруги.
Усевшись на холодных бетонных ступенях, Катрин достала из кармана телефон и стала листать список контактов. Всё, чего сейчас ей хотелось, это поговорить с кем-нибудь, излить душу, спросить дружеского совета. Но среди имён в списке она не смогла найти достойного кандидата для своих откровений. Девочка опёрлась о стенку и, закрыв глаза, растворилась в собственных мыслях.
– Дочка, ты чего на холодном сидишь? – прозвучал знакомый голос, и Катрин открыла глаза.
Перед ней стоял отец. В одной руке он держал бутылку портвейна, а в другой – метлу. На памяти Катрин отец был трезв лишь однажды, когда его привезли из больницы после того, как удалили аппендицит. Она смотрела в его пожелтевшие, словно старая раковина, глаза и понимала, что он обращался не к ней, а к той, в кого она превратилась – к Каталине.
– Проходите, я вам не мешаю, – тихо сказала Катрин и поджала ноги, чтобы пропустить его.
– Мать дома? – он говорил так невозмутимо, словно понимал, кто сидит перед ним.
– Я не ваша дочь, – огрызнулась Катрин и отвернулась.
– А чья же тогда? – удивлённо спросил мужчина и, пристроившись рядышком с девушкой, отвинтил пробку у бутылки.
Рот Катрин открылся от удивления, она не понимала, как такое возможно.
– Как ты узнал, что я – Катрин?
– Я, конечно, пьяный, но не слепой, – промямлил мужчина, вытирая рот рукавом.
– Но я ведь выгляжу по-другому! – не унималась девочка, которую не признала родная мать.
– Мне плевать, как ты выглядишь, я свою дочку узна́ю из тысячи, – ласково прохрипел прокуренным голосом отец и достал из кармана смятую пачку сигарет.
Катрин вытерла слёзы. Она и представить не могла, что её отец такой проницательный. Последний раз они разговаривали года три назад, хотя жили под одной крышей, ели на одной кухне и пересекались по пять раз на дню. Катрин решила попытать удачу и спросить совета у своего, пусть и никчёмного, но родителя.
– Если бы ты мог помочь хорошему человеку, но взамен тебе пришлось бы отдать очень многое, ты бы помог? – спросила она у закурившего отца.
Тот сделал глубокую затяжку. В воздухе витал знакомый с детства запах жжёного сена. От отца всегда пахло этими сигаретами, а ещё дешёвым одеколоном и портвейном.
– Я уже помог, – сказал он, выпустив в воздух густое серое облако. – Когда тебя ещё не было на свете, у нас с твоей матерью был дом, который достался нам от моих родителей. Мы прожили там два года и жили бы дальше, если бы не продали, а деньги не отдали твоему будущему крёстному.
Шокированная Катрин слушала невероятную историю, которую до этого момента никто из родителей ей не рассказывал.
– Твоя мать меня отговаривала, но я не слушал. Она до сих пор меня простить не может. Зато, благодаря этому, дядю Ваню тогда не убили бандиты. Он отдал долг, и его оставили в покое. А мы переехали в квартиру, которая твоей маме досталась в наследство. Так что, дочка, решать тебе. Но если чувствуешь, что без тебя человек не справится, то нужно помочь, иначе потом будешь мучиться совестью. Я не смог отказать, в моей семье так было не принято.
Он затушил окурок о ступеньку, встал и, шатаясь, побрёл домой, оставив обескураженную этим откровением дочь размышлять в одиночестве.
Катрин мысленно записывала в дневник следующие слова:
«Сегодня я поняла, что ничего не знаю о своей семье. Отец – это всё же отец, каким бы придурком он ни был. Жаль, что мы не можем общаться с ним чаще. Жаль, что я не могу узнать его лучше. Думаю, это была наша последняя беседа, потому что я ухожу из дома навсегда, чтобы спасти отца Нины. До чего же обидно, что всё складывается именно так. Прощай, папа».