Ангел в эфире
![Ангел в эфире](/uploads/covers/2023-01-13/angel-v-efire-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Светлана Успенская
- Жанр: Криминальный детектив
- Дата выхода: 2005
Читать книгу "Ангел в эфире"
— А ты чего ждешь? — усмехнулась Настя. — Кто тебе мешает?
— Я не по этому делу, Настюха, — с очевидным сожалением вздохнул Валера. — Я идейный гетеросексуал, за что и страдаю всю жизнь… И размножаюсь я только по любви…
— Я тоже! — фыркнула Настя, в который раз пытаясь избавиться от назойливой руки, которая так прочно оседлала ее талию, как будто имела на нее неоспоримые права.
— Годится, — обрадовался останкинский Вергилий. — Значит, вечерком идем к тебе?
— Кто идет, а кто катится колбаской по Малой Спасской! — парировала Настя.
— Свинская неблагодарность, как всегда, — с фальшивым вздохом отозвался Валера. — И это после всего, что я для тебя сделал? А?
Настя тактично перевела разговор:
— Слушай, ты, кажется, всех здесь знаешь… — Она взяла приятеля под руку, выходя из буфета. — А что представляет из себя Макухина?
— Стерва, баба с железными яйцами, — так отозвался о грудастой финансистке останкинский бытописатель.
— Она мне показалась такой милой, — возразила Настя, на излете молодости все еще сохранившая некоторую простодушную доверчивость. — Она единственная, кто на планерке вспомнил о творчестве…
— Ее творчество — это деньги! — фыркнул Валера, левый уголок его рта иронически пополз вверх. — И только деньги! Одни лишь деньги! Причем все деньги на свете она считает своими собственными. Поэтому все ее обещания нужно делить на десять. Сказала, что заплатит сотню, — сама посчитай, сколько получишь в реале… И за «джинсу» она тебе отстегнет копейки… Не то что Гагузян — тот клевый мужик на самом деле. Кстати, он не только шеф «Побудки», но и директор дирекции информационного вещания. А это тебе не хухры-мухры. Второй человек на канале.
— Гагузян? — поморщилась Настя. — Этот беспринципный хам?
— Само собой, беспринципный… Но при этом отличный парень, светлая голова! Ради идеи может даже наплевать на деньги.
— Это Гагузян протолкнул в ведущие косенького Проценко? — обиженно спросила девушка, имея в виду своего удачливого конкурента, на которого затаила детскую по своей этиологии и женскую по своим последствиям обиду.
— Не-а, Проценко откуда-то сверху спустили… Он не то племянник министра информации, не то деверь президентского пресс-секретаря… Что-то в этом роде, точнее сказать не могу.
Настя успокоилась — не в ее натуре было бороться с ветряными мельницами и министрами информации.
— А Цыбалин? Что он такое?
— Ходячий денежный мешок, старый педик! — отмахнулся Валера. — Он и ко мне, кстати, приставал, только я его послал. Ему на все плевать, лишь бы бабло капало… На высокие идеи ему наплевать особенно.
— Послушать тебя, так здесь все педики! — возмутилась Настя.
— Что поделать… Про «голубую мафию» слыхала? Настюха, единственный нормальный человек на этой помойке — это твой покорный слуга, прошу любить и жаловать… Особенно любить…
— Перебьешься! — улыбнулась девушка.
— Впрочем, тебя тоже не с улицы взяли, это всем известно, — добавил Валера опытным голосом. — Кстати, ты Шумскому кто?
Настя не стала говорить, что она всего-навсего дочка старой знакомой. Слишком неправдоподобно это звучало, слишком целомудренно по нынешним циничным временам. Между тем со своим благодетелем она виделась всего-то раза два — один из них едва ли не во младенчестве, а второй раз, когда они с мамой приходили благодарить дядю Захара за конкурсное содействие. Тогда у нее словно заклинило губы из-за невозможности рассыпаться в благодарностях перед этим сальномясым толстяком, обеспечившим законную, по мнению девушки, но, однако, совершенно неполнокровную победу, где-то даже проигрыш… Она еще не знала, как дорого стоят проигрыши в «Останкине», какой большой кровью они оплачиваются. И как мало стоят выигрыши, как легко они достаются… И как часто здесь бывает наоборот!
— Моя мама раньше работала с Шумским, — стараясь говорить правдоподобно, объяснила девушка. — Она попросила Захара Ивановича передать кассету для конкурсного жюри и…
— Будет заливать! — Валера расплылся в недоверчивой улыбке. — Уж мне-то ты можешь признаться. Все же знают…
— Что знают? — удивилась Настя.
— Что ты его внебрачная дочка… Ты так похожа на него!
Настя сочла за благо промолчать. Ладно, дочка так дочка… Но неужели она, с ее признанной фотомодельностью, действительно походит на этого яйцевидного карлика с веснушчатой лысиной?
Впрочем, какая ей разница. Пусть думают что угодно.