Правитель
Женщины превосходят их числом, и Хан знает: нужно устроить так, чтобы они сами покорились мужчинам. Захватив в плен советника Перл, он намерен убедить ее изменить представления о мире с помощью силы мужского интеллекта. Она всего лишь слабая женщина, в конце концов.
Советник Перл пожертвовала собой, чтобы спасти невинную жрицу. Оказавшись в плену в Северных землях, она скоро понимает, что мягкий голос и идеализированное представление о мире совсем не впечатляют Хана, мужчину, который постоянно бросает ей вызов и готов сделать все, чтобы убедить Перл принять его точку зрения на мир. Два разума, два правителя сходятся в битве слов и воли. Сможет ли Перл принести свет и демократию примитивным Северянам или покорится очарованию Хана?
![Правитель](/uploads/covers/2023-06-03/pravitel-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Элин Пир
- Жанр: Любовная фантастика
Читать книгу "Правитель"
Глава 20
Требования
Перл
Я проснулась от того, что кто-то тянул меня за руку. Думая, что это Хан, я широко зевнула и улыбнулась.
— Тсс… — тихий звук рядом с моей кроватью заставил меня открыть один глаз и увидеть Кристину, стоящую на коленях и прижимающую палец к губам. — Шшш, — прошептала она и согнула палец, чтобы я наклонилась ближе.
— Что происходит? — прошептала я.
— У мужчин встреча, и я их подслушала, — прошептала она. — Совет отправил сообщение с требованием твоего возвращения.
Я оставалась неподвижной, просто слушая то, что она мне говорила.
— Они не знают, что я знаю, — прошептала она. — Я думаю, что у Хана здесь есть камеры. — Ее глаза были большими и полными беспокойства. — Это неправильно, что они лишают тебя возможности узнать о сообщении, и я ненавижу, что Хан принимает решение от твоего имени.
Я согласилась с ней, чувствуя тяжесть в животе от разочарования.
— Он хочет защитить тебя от самопожертвования, но он должен говорить об этом с тобой, а не со своими друзьями.
— Совет поставил Хану ультиматум?
— Да. Серьезные санкции, если тебя не вернут, но он не хочет тебя отпускать.
Я кивнула, мой разум анализировал ситуацию.
— Мы знали, что это было возможно и в худшем случае. Мне нужно будет убедить Совет, что я здесь по собственному свободному выбору, иначе пострадают миллионы.
— Но как ты собираешься это сделать?
— Я вынуждена вернуться и выступить перед Советом. Ты ведь умеешь управлять дроном Боулдера, верно?
Кристина кивнула.
— Хорошо, дай мне пять минут и встретимся внизу.
— Хорошо. — Мы с Кристиной обе знали, что коллектив важнее отдельного человека. Я не могла позволить людям страдать из-за меня, и санкции сильно ударили бы по Северным землям. Это только дало бы таким людям, как Эдвард, топливо для использования против Хана, и это означало бы, что у школьного проекта не было шансов на успех.
Я встала с кровати, чтобы одеться, и когда Кристина ушла, я снова связалась со своей матерью. Мой голос был холодным и отрывистым, когда я заговорила с ней.
— Требования Совета были услышаны, — сказала я. — Но у меня есть свои собственные требования. Мне нужна гарантия, что я смогу вернуться в Северные земли, когда поговорю с Советом.
— Я не могу обещать тебе этого, — сказала она с жалостью во взгляде, и я знала, что она действительно думала, что мне промыли мозги и что ей нужно защитить меня от самой себя.
— Хан готов столкнуться с санкциями, но я вернусь и выскажу свое мнение, если ты гарантируешь, что школьный проект получит твою полную поддержку.
Изобель едва заметно кивнула.
— До тех пор, пока Кайя и дети в безопасности, и ты понимаешь, что тебе не разрешат вернуться для проверок.
Я сжала губы в тонкую линию.
— Мы будем полагаться на Кайю и Кристину, чтобы они сообщали нам последние новости, — мягко сказала Изобель.
— О, я вернусь сюда, — решительно сказала я. — И если бы ты действительно была такой развитой и непредубежденной, как ты утверждаешь, ты бы приняла идею, что здесь должно быть что-то особенное, чтобы я чувствовала себя таким образом.
— Милая, — она протянула ко мне руку, но я сделала шаг назад.
— Ты проповедовала о терпимости и просвещении всю мою жизнь, и теперь я вижу, что все это были просто слова.
— Это неправда. — Ее руки опустились рядом с ней.
— Тогда где же теперь твоя терпимость? Почему тебе не интересно познакомиться с мужчиной, который делает меня счастливой?
— Он правитель Северных земель, — сказала она, как будто этого было достаточно для объяснения.
— Если ты думаешь, что ты хоть немного лучше его, тогда я хочу, чтобы ты подумала о том, что ты делаешь прямо сейчас. Ты используешь свою силу, чтобы контролировать и разрушать жизни других людей. То самое, в чем ты обвиняешь его.
— У тебя есть право так думать, — сказала она тем о-о-очень взрослым тоном, который внезапно заставил меня возненавидеть ее.
— И хуже всего то, — сказала я, — что ты думаешь, что это вернет меня к тебе, когда правда в том, что ты просто оттолкнула меня.
— Я не отталкиваю тебя, я делаю то, что сделала бы любая мать, чтобы защитить своего ребенка.
— Я не ребенок. — На этот раз я разозлилась. — Я взрослая женщина со свободной волей. И ты навязываешь мне свои страхи и необдуманные суждения.
— Очевидно, ты изменилась, — сказала моя мать.
— Это называется личностный рост, и ты должна попробовать это.
Я закончила разговор без каких-либо вежливых пожеланий мира. В Северных землях человеку позволялось злиться, и я была серьезно зла и на свою маму, и на Совет, и на Хана за то, что они принимали решения от моего имени.
Слова Кайи о том, что я воин, снова вернулись ко мне. Она была права. Всю свою жизнь я сражалась в битвах, используя слова и разум, училась мыслить стратегически и отбрасывать свое эго в сторону ради справедливости для всех. Но на этот раз меня подпитывало что-то другое. На этот раз я собиралась сразиться с каждым правителем в мире, защищая свое право делать свой собственный выбор. Я бы сыграла в игру Совета и вернулась бы к ним, встретившись лицом к лицу, чтобы избежать санкций на Северные земли, но когда я открывала бы рот, чтобы заговорить, я говорила бы только от имени одного человека. Себя!