Валькирии Восточной границы
![Валькирии Восточной границы](/uploads/covers/2023-09-17/valkirii-vostochnoj-granicy-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Валькирии Восточной границы"
Глава 17
Рациональное зерно внутри меня говорит мне не вмешиваться. Потому что, как бы не была задумана эта встреча — она явно пошла не по плану. Потому что на той стороне не тупые, хоть и быстрые твари из Прорыва, на той стороне — люди. А самый опасный враг — это всегда человек. Люди преуспели в деле убийства себе подобных, мы специалисты в этом сомнительном ремесле. На той стороне — маги. И, судя по тому, что я вижу — маги могущественные, над полем боя вздымаются могучие дымные силуэты призванных тварей, огонь рвется во все стороны, трескается земля и грохот заклинаний сотрясает воздух. На моих глазах разрывает на части лошадь вместе со всадником, клочья летят во все стороны!
— Аргх! — кричит гусар Леоне рядом со мной, соскакивая с лошади на землю: — а вот и веселье! Володя — за мной! Наконец-то! — и он хохочет, запрокидывая голову. И рациональная часть меня поражается насколько фон Келлер адреналиновый наркоман, рациональная часть меня убеждает что надо сперва — разведать поле боя, выявить самые очевидные угрозы и не бросаться в схватку очертя голову, сперва собрать информацию, потом разработать план, а уже потом — одним точным ударом… но гусар Леоне уже срывается с места, подняв свою саблю над головой, его лошадь — шарахается от взрывов… да, он спешился… почему? Но времени на то, чтобы думать нет, он уже там, и где-то там же, среди огня и трещин земли — полковник Мещерская, которая близка мне, наверное, больше прежнему владельцу тела, но все же… я же должен быть сорвиголовой, а что делает сорвиголова в такой ситуации? Следует примеру гусара!
Пытаюсь пришпорить лошадь и тут же понимаю, почему гусар — спешился. Лошадь пятится, ей вовсе неохота туда, в грохот и огонь, земля под ногами вибрирует и копыта начинают проваливаться… спрыгиваю с седла и вкладываю силу в ноги, как в тот раз. Срываюсь с места и… вперед!
Вздыбившаяся земля встает стеной, ударяя в лицо, я закрываю глаза… открываю их… огонь! Земля трескается, и я проваливаюсь, выпрыгиваю вверх, взмывая в воздух, оглядываюсь вокруг… вижу, что белое полотно поля засеяно черным, это видимо и есть Экспедиционный Корпус принца Чжи, их слишком много, лейб-гвардейцев практически не видно, лежат тела. Да и мало их было, с генералом поехали человек пятьдесят не больше. Но где же мой полковник? Не вижу ее. А она женщина приметная.
Падаю вниз, проламывая верхний слой мерзлого грунта и тут же — принимаю иссиня-голубю молнию на плечо! Странное ощущение, как будто щекотка по телу прошла. Однако громкий треск и запах озона говорят о том, что эта молния не просто иллюзия или спецэффект, а настоящий мощный разряд и что будь на моем месте другой — он бы на месте обуглился.
Я вижу того, кто метнул в меня молнию и тут же бросаюсь к нему, нельзя позволить атаковать с расстояния, у меня нет дистанционных атак и… Удар! Пробиваю вражескому магу грудь сжатым кулаком, в голове мелькает мысль что прямо сейчас я идеал искусства пустой руки — один удар, один труп. Вражеский маг одет в кожаную броню с нашитыми на нее металлическими пластинами, но моя рука пробила и броню и кости грудной клетки и сейчас мой кулак застрял внутри. С головы у него упала меховая шапка, он заворожено смотрит вниз, туда, где моя рука почти по локоть — погружена в его тело. Кровь толчком брызжет мне на предплечье, кровь выступает у него на губах, моя рука чувствует жар, мне горячо от того, что она внутри. Когда твоя рука в живом существе… еще живом — это донельзя странное ощущение. Чувство того, что жизнь угасает вот прямо сейчас, пока ты еще держишь свою руку внутри.
Он открывает рот, но не может ничего сказать, его руки хватаются за мою руку, прижимая ее к себе. Конечно, он не может ничего сказать, у него чертов пневмоторакс, грудная клетка проломлена, воздух поступает внутрь, даже если бы он был бы в состоянии вздохнуть — он не смог бы. Холодный воздух снаружи сейчас врывается в его грудную полость и легкие оседают серыми комочками, сердце… сердце замирает, я чувствую острые осколки костей на предплечье. Удивительно, моя кожа устроена так, что пушечный выстрел не пробьет, а осязание, чувствительность к прикосновениям — все еще осталось.
— Уууда! — бьет по ушам крик и в спину мне ударяет еще одна молния. Стряхиваю уже мертвого мага со своей руки и оглядываюсь. Ага, еще один. Нет — несколько. Земля прекратила трястись, дым немного развеялся и я вижу, что над телами в лейб-гвардейской форме — стоят люди в кожаных доспехах. С ними — двое в шелковых халатах. Кинув быстрый взгляд по сторонам — не нахожу ни фон Келлера ни Мещерской с генералом. Значит сперва надо разобраться вот тут, а уже потом…
Го Ван Лоу вдохнул морозный воздух, вдохнул острый аромат гари и озона. Он был удовлетворен. Засада прошла безупречно. Так как и задумывалось. В конце концов Экспедиционный Корпус — это почти пять тысяч человек, а конный патруль, возглавляемый генералом Белого Вана — это примерно полсотни всадников. Плюс Тигрица Страны Голода, конечно. Но, сила побеждает и драконов. У принца Чжи под копьем — почти две сотни боевых магов уровня «Феникс», двадцать — уровня «Небожитель» и даже трое уровня «Бодхисаттва» — Лю Цин, мастер Каменных Копий рода Лю, Сяхоу Чэн, Небесный Купол Восьми Стражей и конечно же Волчица Шаоци, владеющая парными молотами «Две сестры».
Справится с такой силой, да еще при внезапной атаке — было невозможно. «Тигрица» все еще сопротивлялась, но остальные…. Генерал Белого Вана, тот, что умел раскалывать землю и топить людей в ней, словно в воде — был убит Мастером Лю, подловлен на его же технике, генерал был Повелителем Земли и подсознательно — не ожидал подвоха от своей же стихии и когда каменные копья рода Лю атаковали его из-под земли — он потерял драгоценные мгновения, пытаясь перехватить контроль над ними, так и не поняв, что каменные копья рода Лю — подчиняются только потомкам рода Лю.
Небольшой отряд легкой кавалерии — был рассеян и разбит, из него только один из офицеров, владеющий огненной стихией — смог оказать сопротивление. Но что такое один боевой маг… навскидку уровня «Феникс» — против сотни? Он продержался ровно минуту, пока его щит не лопнул и его не залили пламенем, а кто-то сноровистый — воткнул ему в грудь и живот ледяные иглы.
Осталась только Тигрица, но она дралась отчаянно, оправдывая свое прозвище, раскидав магов огня в стороны, словно щенков, убив почти тридцать человек. Тогда вперед вышел сам Сяхоу Чэн, Небесный Купол Восьми Стражей и предложил ей поединок… раз уж все равно ей умирать. А ей — все равно умирать. Никто не будет держать под стражей мага такого уровня, выкуп — это хорошо, переманить на свою службу — еще лучше, но… это же Тигрица. Компромиссов не будет. Она не сдастся в плен, не предложит свою верность взамен на жизнь и щедрое жалование… а жаль.
Го Ван Лоу терпеть не мог тратить ресурсы попусту и у него самого сердце кровью обливалось, когда он видел такую трату. Какой смысл умирать, если ты все равно в засаду попала? Если надежды нет? Проще сдаться, если ты уж до такой степени верен своему государству — сдайся и втихую все равно ему служи. Ну соверши побег потом… если тебя не ценят, если отправили на Восточные границы Страны Голода, если, как он слышал — лишили родового поместья и жалования. Просто сдайся, и Восточная Ся… а может быть и Империя Хань — сами предложат тебе и жалование, и поместье и рабов на любой вкус и цвет. Все, что душе угодно. Ах, да, а еще — жизнь. Разве не выгодная сделка?
Но нет, Тигрица оправдывала свое прозвище — быстрая, неистовая, сильная и… глупая. Когда у тебя есть сила — ты привыкаешь применять только силу, это проклятье сильных мира сего. Го Ван Лоу — не самый сильный маг. Не самый сильный боец. Он — самый умный тут, среди варваров Восточной Ся с одной стороны и варваров Страны Голода с другой. Он бы не позволил своей гордыне отнять свою же жизнь. Сдался бы. Перешел на службу… и все равно приносил пользу Хань — уже на новом месте. И не только Хань. А в первую очередь — самому себе.
Он спешился и растолкал людей, протискиваясь вперед. Наконец он дошел туда, откуда он мог видеть расчищенный круг, внутри которого стояли поединщики. Тигрица Страны Голода, женщина средних лет с уродливо большим носом, как у всех круглоглазых обезъян, лаоваи и есть лаоваи… но, если бы не этот нос — ее можно было бы назвать привлекательной, хотя до утонченных красоток Лояна ей было далеко. Слишком большие бедра, неестественно широкие плечи и огромная грудь — женщина не должна быть такой, больше похожей на быка. Слишком много агрессии, слишком много прямолинейности и жесткости. Как говаривал Сунь Цзы — мягкое и гибкое — путь жизни, твердое и жесткое — путь смерти. Нет, такую женщину никто из Хань не хотел бы видеть среди своих жен. Чем-то она напоминает Волчицу Шаоци, та тоже бывает такой… прямолинейной, жизнь и воспитание среди чжурчженей испортили ее. Даже немного жалко, что Волчица по приказу принца Чжи осталась с обозом… было бы любопытно поглядеть на их поединок. Против Сяхой Чэна у Тигрицы не было шансов, их умения были разными и Небесный Купол Восьми Стражей не оставлял ей иллюзий.
— Настоящим изрекаю! — гремит над ними голос Сяхоу Чэна, старый пердун обожает говорить пафосные речи, он произносит их, употребляя такие обороты и словосочетания, которые ни один человек в жизни употреблять не будет, кроме как когда указы Императора читает…
— Признаю Тигрицу Страны Голода достойным противником и предлагаю ей сдаться! — продолжает Сяхоу Чэн: — она будет моей личной пленницей и мое слово будет гарантией что никто не причинит ей вреда! В свою очередь я предлагаю ей сохранить личное оружие и имущество, обязуюсь обращаться с надлежащим уважением и как только решится вопрос о выкупе… немедленно предоставить ей свободу. Кандалы не коснуться ее кожи, решетка не бросит тени на ее лицо! Ей достаточно просто дать мне слово что она не совершит побег. Я сказал! — вслед за ним чирикающим голосом повторяет слова переводчик, переводя речь на язык Страны Голода, с их гортанными, резкими и угрожающими звуками, как будто собака лает. Рвав! Рвав! Рвав!
Го Ван Лоу только головой качает. Напрасно старый Сяхоу Чэн, Небесный Купол Восьми Стражей надеется, что Тигрица голову склонит. Не умеет она так. Потому-то Белый Ван и выслал ее на Восточные границы своего царства. Потому то она и лишена поместий и жалования. Умела бы, была бы гибкой, да податливой, использовала бы принцип «выжить сейчас, прогнуться под ситуацию и восторжествовать потом» — не стояла бы сейчас в этом кругу напротив одного из боевых магов Восточного Ся, мага уровня «Бодхисаттва», зная, что у нее нет никаких шансов выжить.
Потому он даже не прислушивается к ее ответу, к переводу его на язык степи, язык Восточной Ся. Он знает, что все уже решено.
— Настоящим изрекаю! — гремит голос Сяхоу Чэна: — мне жаль, что такая достойная воительница погибнет сегодня от моей руки! Клянусь, что сегодня не выпью ни одной чаши хмельного, горюя о ее смерти!
— Ты о себе подумай, хрен старый! — бросает ему в ответ Тигрица, бросает на приличном ханьском! Ну, да, конечно, как можно недооценивать Тигрицу Страны Голода, ту, которая стала легендой Восточного Фронтира за эти десять лет. Уж язык-то она выучила… пусть и с акцентом, но все равно прилично — думает Го Ван Лоу и снова жалеет что сейчас будет истрачен драгоценный ресурс — впустую.