Под игом чудовища 1. Капитан
![Под игом чудовища 1. Капитан](/uploads/covers/2023-05-03/pod-igom-chudovishha-1-kapitan-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Андрей Мансуров
- Жанр: Самиздат, сетевая литература / Боевое фэнтези / Темное фэнтези / Героическое фэнтези / Эротическое фэнтези
- Дата выхода: 2019
Читать книгу "Под игом чудовища 1. Капитан"
— Да… Пожалуй, вам и правда лучше выступить поскорее. Прощайте.
— Прощайте, сир.
Лорд Дилени вежливо поклонился. Следуя предписаниям этикета, пятясь, добрался до двери. И вышел.
Когда замок двери защёлкнулся, зашелестела портьера у другой двери, той, что вела в спальню. Сир Ватель, сердито надув губы, буркнул:
— Ладно, я всё равно слышал, как ты там ворочалась. Думаю, лорд Дилени тоже. И если он и правда, столь умён, как описывают, легко тебя вычислил. Выходи уже.
Со вздохом леди Рашель выбралась из тесного и неуютного укрытия. Прошла к столу, и потянулась гибким стройным телом:
— Неудобно стоять — ты был прав. А хуже всего то, что пыли и паутины там, на занавесях, наросло — море. Только чудом сдерживалась, чтоб не чихнуть. Куда только смотрит твоя чёртова обслуга-челядь во главе с мажордомом?
— Думаю, смотрит она туда же, куда и я. — король действительно уставился не отрывая глаз на то, что сейчас неторопливо и чувственно поворачивалось перед ним, то приподнимая эту часть тела на цыпочках, то извиваясь, то наклоняя верхнюю часть якобы затекшего тела вниз, чтоб яснее оконтурить кое-какие выпуклости, прогибая гибкий стан. Леди Рашель засмеялась:
— И ты вот так спокойно признаёшь, что позволяешь жалким плебеям беззастенчиво пялиться на мою роскошную попку, предаваясь чисто эстетическому наслаждению. И просто пялишься и сам, вместо того, чтоб перестать отлынивать, и заняться, наконец, своими прямыми обязанностями? — она неторопливо, нарочито изящными движениями полезла на столешницу, встав на четвереньки, и призывно оглядываясь через плечо.
Его Величество не нашёлся, что достойно ответить, потому что руки его в это время как-то сами, без приказов со стороны головы, уже задирали даме на стянутую корсетом спину подол пышного кринолина, а глаза оказались прикованы к месту, которому полагалось бы быть прикрытым кружевными воздушными панталончиками… Но которое почему-то ничем прикрыто не было.
Его Величество изволили сглотнуть. И засопеть. Штаны, что были надеты на сире Вателе вдруг резким рывком оказались спущены, а воспрявшее естество как-то очень быстро устремилось к вожделенной цели…
В результате на некоторое — весьма длительное, надо признать! — время его Величество напрочь забыло о готовящейся к выступлению экспедиции…
И только гораздо позже, когда они уже расслаблено валялись в постели, наслаждаясь тишиной и покоем раннего утра, дама соизволила высказаться:
— А молодец этот лорд Дилени. Голова у него работает. Отличную сказочку он тебе преподнёс. А ты её проглотил.
— Ты… Почему ты думаешь, что он солгал мне?! — король даже приподнялся на локте, повернувшись к приятной и на вид и, как он знал, и на ощупь, спине, которой его любовница сейчас повернулась к нему, — Ведь раз уж он, как вы все утверждаете, так умён, то не может не понимать, что я проверю, и сразу пойму, что меня обманули, если якобы убитая им тварь не окажется там, где ей полагается быть?!
— Да в том-то и дело, что тварь, полагаю, как раз окажется. Там, где положено. В этой-то части своего рассказа он наверняка не солгал.
— А в чём же тогда?..
— А в том, что касалось карты. И футляра от неё. Думаю, что прикажи ты хоть роте гвардейцев искать там, на руинах, этот самый футляр, ничегошеньки они не найдут! — женщина обернулась к мужчине, взглянув в лицо короля своими поистине огромными и словно лучистыми, какими они всегда бывали после секса, глазищами, — Просто потому, что его там никогда и не было! Как и пресловутой карты.
— Но как же тогда он собирается…
— Пробраться через болото? Хм-м… Думаю, лорд Юркисс снабдил его чем-то понадёжней, чем старинная карта.
— Чем же это?!
— Думаю, чем-то явно запрещённым. Из разряда наследия Предтеч. Чем-то, что позволяет преодолевать трясину. Но тебе он этого не рассказал — ведь все такие артефакты запрещены, под угрозой предания анафеме, и смерти через аутодафе, согласно Указу нашего Конклава. Повторяю для особо недоумевающих: запрещены.
И если бы стало известно, что ты, пусть и пассивно, но поспособствовал применению твоим непосредственным подчинённым чего-то такого, пусть даже и для благородного и нужного дела, твоё имя было бы навсегда запятнано. А сам лорд Дилени скорее всего окончил бы жизнь вот именно — на костре. Что было бы жаль. Мне он понравился. Умный мужчина. Способный принимать разумные и рациональные решения.
— Уж не хочешь ли ты сказать, — на чело сира Вателя набежала тень, а брови почти сошлись на переносице, — что предпочла бы…
— Хватит, мой ревнивый возлюбленный! — леди Рашель цинично усмехнулась, — Тебя, призового кобеля с достоинством в восемь дюймов, никто мне не заменит! Подсела я на твоего красноголового воина, как леди Бьянка на чёртову травку крыммл! Кстати… — дама неторопливо перебралась по широкому пространству огромного ложа поближе как раз туда, к предмету её восхвалений, и даже уложила и развернула его Величество снова на спину, — Хватит ему уже отдыхать. Пора и поработать. На благо, если и не страны, то одной очень милой девушки. Давно ждавшей этого момента. — тут её ротик умолк, так как в нём оказалось нечто, весьма недвусмысленно отреагировавшее на нежные, но настойчивые авансы, и сиру Вателю снова стало на какое-то — ещё более продолжительное! — время, не до вопросов!
Пахло от них отвратительно.
Лорд Дилени отлично осознавал это, двигаясь следом за Маратом — тот лучше всех, что естественно, знал приграничные земли, и сам предложил довести их до того места, где начинается Энгаденская трясина.
Поход начался спустя всего полтора дня от того момента, когда лорд Дилени, кусая губы, и то краснея, то бледнея, вышел от узника-садиста, мужественно выдержав поток расспросов со стороны лорда Говарда, но утаив-таки большую часть беседы.
То, что они по дороге, ближе к обеду, заехали в ничем не примечательную рощу платанов, и лорд, покопавшись под корнями одного особо могучего и старого дерева, достал из ямы и упаковал в один из седельных мешков нечто продолговатое и завёрнутое в старую мешковину, Марата и Бориса если и удивило, то вслух никто из них спросить ничего не посмел: их начальник — лорд, что хочет, то и делает! Обедали, кстати, в этой же роще, у самой её опушки.
Как объяснил лорд Дилени своим спутникам, им желательно как можно меньше проводить под открытым небом — вероятно, некоторые виды птиц могут служить разведчиками и доносчиками лорда Хлодгара. Марат на это проворчал, что эту мысль в их посёлке высказывали давно, но назначенный от Конклава приходской священник приказал выкинуть её из голов, как отдающую крамолой: птицы и звери, как не обладающие душой неразумные твари, слишком глупы. И никому, кроме самих себя, не служат.
Борис, когда на него посмотрели оба сотоварища по походу, промычал вначале нечто неразборчивое — как раз пытался пережевать особо твёрдый кусок солонины. Запив, и проглотив, выдал:
— А я никогда не поверю в такую, с вашего, милорд, позволения, чушь. Если даже те твари, что Хлодгар насылает на нас уже в четвёртый раз, не блещут особым умом, и не способны разговаривать, то уж тем более ничего не могут говорить крылатые. Скажем, люди считают, что вороны, как живущие по триста лет птицы, очень умны. А где доказательства? Если они так умны, почему не ходят строем? — Борис, вероятно, почуял, что перешёл на слишком уж фамильярный тон, и поспешил поправиться, — Э-э… Простите, милорд — это наша казарменная, не слишком умная, должен признать, дежурная шутка. Но ведь и правда — у воронов или других животных нет ни городов, ни полей, ни иерархии. То есть — ни королей, ни приближённых, ни вассалов. Следовательно, они никаких тем, связанных с войнами, или, скажем, торговлей и земледелием, обсуждать не могут — у них в языке и понятий таких-то — нет! Как же признать их разумными?
— Не знаю, что сказать насчёт их способности говорить — возможно, Борис, в этом смысле ты прав. Вы оба знаете, что перед нашим походом я побывал у лорда Юркисса, — при этих словах Борис словно подобрался, а Марат так и вообще сплюнул через левое плечо, и истово перекрестился. — Так вот он считает, что последнюю партию тварей Хлодгар вообще создал на основе ящериц. Так что ничего удивительного в том, что они не разговаривают, нет. И мыслить способны… Только ограниченно. Например, слепо повиноваться приказу убивать всех людей, и вытаптывать и выжигать все поля.
— Простите, милорд. Но где-то тут я вижу нестыковку. — Борис поел, и теперь ковырял тоненькой щепочкой в зубах. Все они сидели прямо на земле, наплевав, согласно указаниям лорда Дилени на условности типа кастовых и классовых различий. Как глава похода объяснил это, двум его сотоварищам через какие-то пару недель светило приобщение к сообществу благородных наследственных лордов. Так что ничего страшного, если приобщаться к соответствующему общению, обращению и поведению они начнут уже сейчас. — Ведь ящерицы, как, впрочем, и летучие мыши, и бабуины, смертельно боятся огня. И научить их обращаться с ним — та ещё проблемка. Поскольку инстинкты, как и отработанные до автоматизма боевые навыки, — он похлопал себя по мечу, — непробиваемый щит. А мозга, как вы сами только что сказали, у них недостаточно для такого обучения.
Кто же?..
— Поджигал поля? Думаю, это делали другие агенты нашего друга. Люди.
— Что?! Как?! — оба его напарника буквально вскинулись, выражая удивление и возмущение очень даже импульсивно.
— Как? Достаточно просто. Ни для кого не секрет, что во время этого да и всех предыдущих набегов не всех детей в подвергшихся опустошению деревнях находили убитыми. Часть младенцев, мужского пола, в возрасте до двух лет, просто исчезала.
Думаю, это приказ Хлодгара. Похищать таких, ещё не понимающих ничего, людей. С тем, чтоб потом, позже, он мог воспитать из них командиров. Своих подразделений. Думаю, что вот именно такие-то и осуществляли подлинное руководство всеми уже произошедшими набегами. Поскольку себя людьми уже не считают. Такой вариант вполне в духе Хлодгара. И он получает каждый раз массу удовольствия от ситуации.
Подло, цинично, но — эффективно. Ведь по практичности, и способности руководить, равных человеку нет. И принимать грамотные в плане тактики решения, способны лишь умные и обученные люди. А уж промывку мозгов Хлодгар, думаю, этим бедолагам обеспечил. Наплетя, например, что мы их предали. Или продали. К нему в рабство. Ну, или ещё какую сказочку — очерняющую людское племя. И теперь они ненавидят своих собратьев, и горят желанием нанести нам побольше ущерба!
Затянувшееся молчание прервал Марат:
— Если подумать, то в том, что вы сказали, милорд, есть смысл. Я бы даже сказал, что уж слишком похоже на правду. Ведь кто может быть самым страшным, и знающим повадки и привычки людей, врагом? Вот именно — только сам человек. Перевоспитанный. Натасканный и подготовленный. Ненавидящий своих собратьев. И преданный своему хозяину. Которого боится пуще, чем чёрт — ладана, но слепо подчиняется в страхе перед наказанием. Да, чтоб мне лопнуть, правдоподобно!
Борис отреагировал куда прагматичней: