Александр Курляндский
![Александр Курляндский](/uploads/covers/2023-09-17/aleksandr-kurlyandskij-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Курляндский
- Жанр: Юмористическая проза
- Дата выхода: 2005
Читать книгу "Александр Курляндский"
Мечта-трава
Выступление шамана состоялось в огромном чуме, на том самом месте, где он и раньше стоял. После того как я подарил чукам прекрасные теплые домики, в нем уже никто не жил. Его использовали как кладовку для старых и ненужных вещей. А теперь, стало быть, вот как все обернулось!
Несмотря на костер, который горел в центре чума, было очень и очень холодно. Около костра возвышался помост, наверное, здесь и должно было состояться выступление шамана. По краям чума, на столбах, источая запах горелого жира, дымили светильники. Никто не снимал одежды. И старики, и молодежь садились прямо на голую землю. Многие курили. Я с трудом поборол у чуков эту пагубную привычку, а теперь, значит, взялись за старое. И где только они достают табак?
— Почему нет света? — спросил я.
— Какого света? — переспросил меня старик лет тридцати, тридцати пяти. (Да, так рано здесь старились. Я стал снабжать чуков лекарствами и витаминами, и процесс старения удалось замедлить. Но не все чуки соглашались глотать таблетки. Многие предпочитали жить по-старому.)
— Ну, света… Лампочек, электричества.
— Электрический свет от сатаны, — ответил старик. — Наши предки жили без него, и мы будем жить. Без ваших проклятых лампочек.
— Почему проклятых?
— Когда их нет — все хорошо, а стоит зажечь… И руки грязные, приходится мыть, и одежду чистить… Нет, лучше без лампочек.
— Дело не в лампочках, — сказал я. — Надо, чтоб всегда было чисто. При чем здесь электрический свет?
Но старик вместо ответа выпустил мне в лицо струю дыма.
У меня закружилась голова:
— Что вы курите, табак?
— Это не простой табак, это «мечта-трава». Покури, узнаешь.
И он протянул мне изгрызенную трубку. Неужели это та трава, из-за которой столько несчастий? Из-за которой люди сходят с ума, совершают преступления, выбрасываются из окон?
— Ну? — переспросил старик. — Будешь курить или нет? Она дорого стоит, зачем зря горит?
По его лицу гуляла блаженная улыбка. «Да, дело табак! Придется начинать все сначала». Напряжение возрастало, чуки запели печальную заунывную песню:
Тундра, тайга…
без конца и без края…
А солнца не видно…
и ночи длинны…
Ах, север наш север.
Ледяная пустыня…
Замерзнешь однажды —
поймешь красоту…
Всех слов я не запомнил, привожу лишь некоторые.
Чуки покачивались в такт песне, завывали, на их лицах появилось блаженное выражение.
И тут раздались звуки бубна, и на возвышение выскочил шаман. В маске дракона, голый по пояс, весь размалеванный красными полосами. Чуки встретили его восторженными воплями.
Шаман разбрасывал в толпу монеты, ленточки, стрелял из хлопушек.
Я подхватил одну из монеток — это был наш старый, советский еще, гривенник. Шаман что-то бормотал, выкрикивал. Но вот он остановился и завопил:
— Болезни все от куков!
Все ответили страшным воем:
— От куков!
— Все несчастья от них!
— От них! — подхватили чуки.
— Война — вот наше спасенье!
— Вой-на! Вой-на!
И тут я узнал его. Это был ОН, мой заклятый друг. Я узнал его по шраму на плече, который он получил, спасаясь от сторожа кондитерского магазина. И еще — по родинке на правой ноге. Он хвастался, что такая родинка была у
Джека-потрошителя и что он его внебрачный прапраправнук.
— Он врет! — крикнул я. — Это никакой не шаман. Это Митька из нашего двора, дома номер один по третьему Прямоколенному переулку. Митька по кличке «Башмак»! Он трижды приводился в милицию и дважды выгонялся из школы. Митька!
Митька остановился, ударил еще раз в бубен и выбросил в мою сторону кулак:
— Он продался кукам!
— Продался! — завопили все.
— Ему здесь не место!
— Не место!
Чуки, мои милые чуки, бросились ко мне, повалили меня на землю, стали дубасить замерзшими рукавицами. Я сопротивлялся — когда-то у меня был третий разряд по боксу и первый разряд по бегу. Но боксировать лежа — пустое занятие. А подтвердить свой разряд по бегу я не мог. Для этого надо было встать на ноги.
Меня связали и поволокли из чума. Я слышал яростный лай Шары, но что она одна могла сделать?