Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений"
![Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений"](/uploads/covers/2023-11-05/deviantologiya-sociologiya-prestupnosti-narkotizma-prostitucii-samoubijstv-i-drugix-quototklonenijquot-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Яков Гилинский
- Жанр: Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2004
Читать книгу "Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений""
Индивидуальная профилактика предполагает работу с конкретными людьми – подростками, состоящими на учете в милиции, наркопотребителями, лицами, страдающими алкоголизмом, суици-дентами, лицами, освобождающимися и освобожденными из мест лишения свободы и т. п.
Разумеется, идея предупреждения преступности и других негативных девиаций значительно разумнее, демократичнее, либеральнее, прогрессивнее, чем «борьба» и репрессии. Но насколько она реалистична и эффективна, может ли она служить панацеей от девиантных бед*?
* Помимо приводимых ниже суждений, см.: Lab S. Personal Opinion: Alice in Crime Prevention Land (With Apologies to Lewis Carrol) // Security Journal, Perpetuity Press Ltd. Vol. 12, No 3, 1999. P. 67-68. Они очень близки нашим размышлениям, опубликованным в кн.: Gilinskiy У. Crime Prevention in Russia: Theory and Practice // Security Journal. Elsevier. 1998. N 11. P. 109-114. Это лишний раз свидетельствует о том, что назревшие идеи материализуются почти одновременно независимыми исследователями разных стран.
Во-первых, что служит объектом превенции, если девиантность в целом и ее отдельные виды суть некие конструкты, продукт договоренности или субъективных решений (релятивность и конвенцио-нальность преступности, наркотизма, проституции и др.). Если, как было показано выше, согласно букве уголовного закона 100% взрослого населения страны – уголовные преступники, не говоря уже о массе «девиантов» – потребителей наркотических средств, любителей спиртного, суицидентов и др., то кто же кого будет «профилактировать»?
Во-вторых, превенция предполагает воздействие на причины де-виантности, преступности. Но кто сегодня решится сказать, что он знает эти причины? В отечественной и зарубежной литературе называются сотни «причин» и факторов, известны десятки респектабельных концепций причин девиантности (гл. 4, 5). Какие из них «принять за основу» и применять в профилактической деятельности?
Неудивительно поэтому, в-третьих, что до сих пор нет достаточно убедительных данных об эффективности той или иной превентивной деятельности. В книге Д. Грэхема и Т. Бенетта собран большой материал по наиболее перспективным программам превенции. Но их успешность и результативность чаще всего не выявлены*.
* Грэхем Д., Бенетт Т. Стратегии предупреждения преступности в Европе и Северной Америке Хельсинки: HEUNI, 1995. См. также: Hendncs J., Byers В. Crisis Intervention in Criminal Justice. Charles С Thomas Publication, 1996. Albrecht
Наконец, в четвертых, существует серьезная опасность вырождения профилактики в попрание элементарных прав человека, ибо превенция всегда есть интервенция в личную жизнь. Проводя связь между «инструментальной рациональностью» превенции и Аушви-цем (Освенцимом), Н. Steinert говорил в 1991 г.: «Я вижу в идее превенции часть серьезнейшего заблуждения этого столетия»*.
* Steinert H. The Idea of Prevention and the Critique of Instrumental ReasorUtv AIbrecht G., Ludwig-Mayerhofer W. (Eds.) Version and Informal Social Control. Berlin. Walter de Gruyter and Co., 1995. P. 5-16.
И все же сказанное не отрицает полезности усилий по предупреждению нежелательных девиаций.
Во-первых, потому что процессы, организующие, упорядочивающие столь же объективны для общества, сколь и процессы, дезорганизующие, девиантные.
Во-вторых, общество так или иначе будет реагировать на конвенционально определенную и полицией выявляемую преступность (наркотизацию, коррупцию и т. п.). А превенция предпочтительнее репрессии postfactum.
В-третьих, совокупность мер primary, secondary, tertiary prevention способна в целом улучшать социальную обстановку, социальные условия бытия, создавать более человечную атмосферу и тем самым в конечном счете, служить сокращению бесчеловечных деяний.
В-четвертых, меры secondary и tertiary prevention (специальной и индивидуальной профилактики) при их разумном применении способны как защитить конкретного человека, потенциальную жертву, спасти ее от возможных посягательств, так и помочь самому девианту (злоупотребляющему наркотиками, алкоголем, азартными играми, суициденту), что уже есть благо.
Применение мер профилактики должно иметь ограничения, препятствующие злоупотреблениям:
– общий принцип – «не навреди»;
– эти меры должны соответствовать действующим правовым и моральным нормам;
– применение превентивных мер должно максимально отвечать правам человека;
– разработка и применение мер профилактики должно осуществляться высококвалифицированными профессионалами (юристами, психологами, педагогами, врачами, социальными работниками), а волонтеры должны проходить предварительное обучение и стажировку.
§ 2. Практика профилактики негативных девиантных проявлений в современном мире
Превенция за рубежом. Рост преступности и «кризис наказания» заставили зарубежных криминологов и практических работников обратиться к идеям предупреждения преступлений.
Большое внимание превенции преступности уделяют Скандинавские страны. В Швеции в 1974 г. был образован Шведский национальный совет по предупреждению преступлений (The National Swedish Council for Crime Prevention) как государственное учреждение в системе Министерства юстиции. Советом руководит правление (коллегия) в составе 20 представителей государственных и коммунальных учреждений. Совет регулярно выпускает доклады – результаты криминологических исследований. Аналогичные Советы образованы в Норвегии и Финляндии. Совместно со Скандинавским криминологическим исследовательским советом (The Scandinavian Research Council for Criminology) они выпускают с 2000 г. специализированный журнал «Journal of Scandinavian Studies in Criminology and Crime Prevention».
Активно развиваются теория и практика профилактики преступности в Нидерландах. О лучших превентивных программах, заслуживших премию (Роттердам, 1987, 1990; Цволле, 1988; Еншеде, 1989; Хельдер, 1991; Амстердам, 1992, 1995; Зандвоорт, 1993; Хаар-лем, 1996), рассказывается в книге, посвященной «пионерам превенции»*. Лучшие превентивные программы Великобритании, Бельгии и Нидерландов, получившие Европейскую премию 1997 г., представлены в другой книге, подготовленной также МЮ Нидерландов**.
* The Prevention Pioneers: History of the Hein Roethof Prize 1987-1996. Information and PC Office Prevention, 1997.
** Colebrating Prevention: European Crime Prevention Award 1997. Information and PR Prevention, 1997.
Идеи «коммунальной превенции», профилактики преступлений на уровне города, района широко распространены в германоязыч-ных странах – Германии и Австрии. «Безопасный город», роль граждан в обеспечении собственной безопасности, взаимодействие полиции и населения – основные темы, обсуждаемые и развиваемые в рамках этого подхода*.
* Albrecht G., Ludvig-Mayerhofer (Eds.) Diversion and Informal Social Control. Berlin-New York: Walter de Gruyter, 1995; Kury H. (Hrsg.) Konzepte Kommunaler Kriminalprävention. Freiburg: MPI 1997; Hammerschick W., Karazman-Morawetz I., Stangl W. (Hrsg.) Die sichere Stadt: Prävention und kommunale Sicherheitspolitik. Nomos Verlag, 1995.
Пожалуй, центром развития концепции «community policing» и ее реализации в США является Чикаго. Возможно, это связано с традициями Чикагской школы в криминологии. Во всяком случае, и современные разработки ориентированы на тщательный экологический анализ города. Кроме того, исследуются взаимоотношения между населением города и полицией, возможности их сотрудничества в профилактике преступлений, а также в организации «соседского контроля»*.
* Community Policing in Chicago, Year Seven: An interim Report. Chicago: Illinois Criminal Justice Information Authority, November 2000; Joseph L. (Ed.) Crime, Communities and Public Policy. University of Chicago, 1995; Skogan W., Hartnett S. Community Policing, Chicago Style. Oxford University Press, 1997.
Участники Чикагской ассамблеи «Crime, Communities and Public Policy» (1992) называют две базисные теоретические модели «community crime prevention»: неформальный социальный контроль и улучшение социальных условий.
Выше мы ссылались на обзор Д. Грэхема и Т. Бенетта лучших превентивных программ Европы и Северной Америки. Межрегиональный институт ООН по исследованию преступности и юстиции (UNICRI) в Риме в одном из своих обзоров, наряду с материалами по превенции берглэри, роли «соседского контроля» как примера партнерства в профилактике преступлений, называет 7 элементов стратегии профилактики преступлений (crime prevention), выработанных с учетом программы профилактики Москвы*:
1. Содействие активной политике предупреждения преступности при участии правоохранительных органов и уголовной юстиции, основывающейся на международном опыте, получаемом через эффективные проекты, развиваемые Организацией Объединенных Наций и другими соответствующими международными организациями.
2. Развитие долговременных планов, равно как и быстрое реагирование на преступность согласно запросам общественного мнения.
3. Улучшение координации профилактической деятельности на национальном, региональном и местном уровнях.
4. Поддержка вовлечения населения в профилактику преступлений посредством усиления доверия полиции со стороны общества.
5. Содействие посредством правоохранительных органов и уголовной юстиции охране и безопасности лиц и собственности.
6. Обхождение с жертвами (преступлений) с уважением и пониманием их нужд, и обеспечение быстрой помощи и информирования об их правах.
7. Регулярный мониторинг превентивных программ, основанный на надежной информации, анализе и публичных дискуссиях со всеми партиями.
* Alvazzi del Frate A. Preventing Crime: Citizen's Experience Across the World. Roma: UNICRI, 1997. P. 16.
Обобщая известные рекомендации по системе превенции*, можно назвать некоторые стратегические направления:
– общесоциальные меры по сокращению социально-экономической дифференциации, безработицы, улучшению городской экологии и т. п.;
– программы поддержки семьи и детей;
– программы поддержки и помощи тем, кто злоупотребляет алкоголем и наркотиками, освободился из мест лишения свободы, а также жертвам преступлений;
– соседская взаимопомощь («соседский контроль»);
– максимальное сокращение тюремного «населения»;
– улучшение «техники безопасности» (освещение улиц, дворов, скверов, лестниц, охранная сигнализация, патрули местной полиции, электронные средства безопасности и т. п.).
* Грэхем Д., Бенетт Т. Указ. соч.; Barkan S. Ibid; Donziger S. Ibid; Tomasic R., Freeley M. (Eds.) Neighborhood Justice: Assessment of an Emerging Idea. NY and L: Longman Inc., 1982.
Профилактика других, кроме преступности, негативных деви-антных проявлений существенно зависит от их генезиса и содержания.
Издавна существуют системы профилактики суицидального поведения, начиная от первого «телефона доверия», основанного пастором Г. Уорреном в 1906 г. в Нью-Йорке, и современной телефонной службы в сочетании с суицидологическим центром, созданными X. Хоффом и Е. Рингелем в 1948 г. в Вене и священником Чад Вара в 1953 г. в Лондоне. Имеются многочисленные общественные организации помощи суицидентам и лицам, находящимся в кризисных ситуациях («Общество самаритян» в Великобритании, Общества анонимных суицидентов в ряде стран).
Существует множество форм предупреждения наркотизма и пьянства. Первичная превенция – общесоциальные меры сокращения или нейтрализации девиантогенных факторов. Вторичная превенция, это, прежде всего, антиалкогольная и антинаркотическая пропаганда наряду с пропагандой здорового образа жизни. Третичная профилактика богата опытом деятельности многочисленных организаций «самопомощи» типа «АА» (анонимных алкоголиков) и анонимных наркоманов в Германии, Польше (знаменитый Монар), США и в других странах, немецкий SYNANON*. Кроме того, велика роль специализированной медицинской и психологической наркологической служб.