Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений"
![Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений"](/uploads/covers/2023-11-05/deviantologiya-sociologiya-prestupnosti-narkotizma-prostitucii-samoubijstv-i-drugix-quototklonenijquot-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Яков Гилинский
- Жанр: Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2004
Читать книгу "Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других "отклонений""
* Восстановительное правосудие в России: технология взаимодействия общества и государства. М.: Судебно-правовая реформа, 2001; Восстановительное правосудие, ресоциализация и городская политика. М.: Судебно-правовая реформа, 2002; Вестник восстановительной юстиции. Вып. 1, 2000; Вып.2, 2001; Restorative Justice: The Old Civilization in the New Russia. Moscow, 2001.
Помимо собственно восстановительной юстиции существуют многочисленные институты альтернативных лишению свободы мер социального контроля («субтюремные меры»), включая электронное наблюдение и домашний электронный арест*.
* Криминология / Под ред. Дж. Шели. Указ. соч. С. 575-600.
Ювенальная юстиция. Девиантность подростков широко распространена в различных формах: правонарушения, преступления, потребление наркотиков, злоупотребление алкоголем, вандализм, правый и левый экстремизм, проституция и др. При этом подростки особенно чутки к санкциям – как позитивным, так и негативным. Они с благодарностью отзываются на ласку, поощрения, гордятся достижениями, но болезненно реагируют на наказания, тем более – несправедливые. Стигматизация явно вредна и может осуществляться лишь в крайних случаях (совершение тяжкого преступления, многочисленные правонарушения). Если «преступления без жертв» – потребление наркотиков, алкоголя, занятие проституцией, добровольный гомосексуализм – вообще не должны быть криминализированы, то тем более недопустимы негативные санкции за такие виды девиантности подростков. Они нуждаются в психологической, медицинской, социальной помощи.
В Преамбуле «Правил правосудия в отношении несовершеннолетних» («Пекинские правила», утвержденные Ассамблеей ООН) говорится: «Ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения». Согласно ст. 1 Конвенции о правах ребенка, таковым считаются лица в возрасте до 18 лет.
Особенно негативные последствия влечет наказание в виде лишения свободы. Вот почему во многих европейских странах эта мера не применяется в отношении несовершеннолетних. Все это приводит к необходимости создания специальных институтов и процедур для расследования и рассмотрения дел о преступлениях несовершеннолетних. Российское законодательство предусматривают особый порядок расследования и рассмотрения уголовных дел по обвинению несовершеннолетних (ст. 420-432 УПК РФ), особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних, возможность применения к ним принудительных мер воспитательного характера (ст. 87-96 УК РФ). Однако отсутствие специализированных органов расследования и рассмотрения дел несовершеннолетних, социального (педагогического, психологического) сопровождения не могут обеспечить в полной мере права подростков с учетом возрастных особенностей. Отсюда – идея создания системы ювенальной юстиции*.
* Подробнее см.: Основы ювенологии: Опыт комплексного междисциплинарного исследования / Под ред. Е. Слуцкого. СПб., 2002; Bartollas С. Juvenile Delinquency. Fourth Edition. Allyn and Bacon, 1997. P. 356-389.
В узком понимании ювенальная юстиция сводится к системе специальных (ювенальных) судов, которые рассматривают только дела по обвинению несовершеннолетних. Соответственно предполагается специализация судей, их психологическая и педагогическая подготовка, участие в процессе профессиональных психологов и/или педагогов. В широком смысле ювенальная юстиция – система расследования, рассмотрения уголовных дел и исполнения приговоров в отношении несовершеннолетних. Это означает, что как только в качестве подозреваемого возникает фигура несовершеннолетнего, так все производство по делу – дознание, следствие, судебное разбирательство, исполнение приговора – осуществляются специализированными органами и должностными лицами. При этом обязательно участие адвоката и сопровождение социальным работником. Реализация системы ювенальной юстиции в широком смысле предполагает принятие соответствующих законодательных актов и формирование органов, осуществляющих всю процессуальную деятельность в отношении несовершеннолетнего. Возможны, конечно, и промежуточные, компромиссные варианты. Например, суды по делам несовершеннолетних и обязательное сопровождение со стороны социальных работников, включая процесс отбывания наказания*.
* См., например: Несовершеннолетние в уголовно-исполнительной системе России: проблемы исполнения наказания, социальной адаптации и их совершенствования. М., 2002; Обучение социальных работников, занятых в ювенальной юстиции: Материалы курса. СПб., 2003.
В России первые ювенальные суды были созданы еще в 1910 г. – сначала в Москве, затем в Санкт-Петербурге, Киеве, Одессе, Харькове. В 1917 г. Временное правительство подготовило законопроект о введении таких судов по всей России, но Октябрь 1917 г. прервал этот процесс. Определенные шаги в направлении создания ювенальной юстиции предприняты и в современной России. В Концепции судебной реформы 1991 г. предполагалось создание в стране ювенальных судов. В Законе о судебной системе РФ предусмотрена возможность создания федеральных специализированных судов. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам несовершеннолетних» признается необходимость специализации судей по этой категории дел. Однако до реализации всех этих рекомендаций пока еще далеко.
Принципы восстановительной юстиции могут быть, прежде всего, реализованы в рамках ювенальной юстиции.
Социальная помощь. Одним из важнейших и эффективных направлений социального контроля над девиантностью является предоставление социальной, психологической, медицинской помощи «исключенным», «униженным и оскорбленным» – страдающим наркотической и алкогольной зависимостью, бездомным и безработным, жертвам преступлений и семейного насилия, суицидентам, беспризорным, беженцам и вынужденным переселенцам, лицам, освободившимся из заключения и т. п. И дело не только в элементарной гуманности. Все эти группы населения – реальный или потенциальный резерв девиантного поведения. Их реадаптация и ресоциализация – лучшее профилактическое средство, о чем и пойдет речь в следующей главе.
Сегодня в мире, включая Россию, действуют тысячи и тысячи организаций, оказывающих целевую помощь жертвам насилия, лицам, страдающим наркотической и алкогольной зависимостью, заключенным и тем, кто только что освободился из пенитенциарных учреждений, бездомным, беспризорным детям и подросткам, суицидентам. В каждой стране, в каждом крупном городе публикуются справочники для лиц, нуждающихся в том или ином виде помощи (например, Берлинский «Drogen. Rat und Hilfe» с предисловием сенатора по делам молодежи и семьи Т. Крюгера; польский «Sto-warzyszenie Monar: Informator»; российско-финский подробный справочник «Сотрудничество негосударственных организаций Финляндии и Санкт-Петербурга в сфере социального обеспечения и здравоохранения»). Издаются газеты и журналы для бездомных, а их распространение осуществляют сами бездомные, имея при этом легальный заработок (например, петербургские газета «На дне» и журнал «Путь домой», шотландский журнал «The Big Issue»). Выходят журналы для страдающих наркотической и алкогольной зависимостью (например, немецкий «Sucht Report»). Существует немало международных организаций различного уровня, представляющих и защищающих права тех или иных «исключенных», «девиантов» – наиболее известные из них: «Врачи без границ», «Международная амнистия» (International Amnesty), Международная тюремная реформа (Penal Reform International – PRI), Международное общество прав человека (Internationale Gesellschaft fur Menschenrechte), а также Международная комиссия по правам человека для гомосексуалов и лесбиянок и множество других.
Из личных воспоминаний. Знакомясь в Швеции с осуществлением антиалкогольной политики, я оказался в офисе... Ордена тамплиеров. К стыду своему, я был уверен, что тамплиеры – это из времен, описываемых В. Скоттом. Так вот, тамплиеры пригласили меня участвовать в их ежедневном походе по улицам ночного Стокгольма с бутербродами в рюкзаках и горячим кофе в термосах для оказавшихся голодными и холодными (дело было в ноябре) бездомных, пьянчужек, проституток. Разумеется, я не мог отказаться.
Думается, многообразнейшие формы социальной помощи служит лучшим средством профилактики нежелательных девиантных проявлений.
Глава 18. Профилактика девиантных проявлений
Легче предупредить
преступления, чем наказывать.
Ш. Монтескье
§ 1. Основные понятия
По сравнению с наказанием идея превенции представляется несомненно более прогрессивной и перспективной.
Под предупреждением (профилактикой, превенцией) преступности и иных форм девиантности понимается такое воздействие общества, институтов социального контроля, отдельных граждан на криминогенные (девиантогенные) факторы, которое приводит к сокращению и/или желательному изменению структуры преступности (девиантности) и к несовершению потенциальных преступных (девиантных) деяний.
Теоретически о возможностях и предпочтениях предупреждения преступлений известно с древних времен (Платон, Аристотель). В Новое время приоритет превенции четко провозгласил Ш. Монтескье в «Духе законов»: «Хороший законодатель не столько заботится о наказании за преступление, сколько о предупреждении преступлений: он постарается не столько карать, сколько улучшать нравы»*, а затем повторил и развил Ч. Беккариа («О преступлениях и наказаниях»). Комментируя идею превенции в работе Ч. Беккариа, Вольтер назвал предупреждение преступлений истинной юриспруденцией.
* Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1955. С. 201.
В современной мировой девиантологии различают три уровня превенции: первичную {primary prevention) – близкую по смыслу отечественной «общесоциальной профилактике», т. е. воздействию на среду, экологию, экономические, социальные, политические условия жизни населения в целях их улучшения, гармонизации; вторичную (secondary prevention) – аналог отечественной «специальной профилактики», рассчитанной на обеспечение мер безопасности, воздействие на «группы риска», устранение обстоятельств, способствующих девиантным проявлениям, и третичную (tertiary prevention) или «индивидуальную профилактику» в отечественной науке.
К направлениям общесоциальной профилактики относятся, например, повышение уровня жизни беднейшего населения, сокращение разрыва между наиболее и наименее обеспеченными слоями (реальное уменьшение фондового или децильного коэффициента), создание условий для высокой вертикальной мобильности, формирование цивилизованного правосознания, атмосферы доброжелательности и терпимости и т. п.
Меры специальной профилактики весьма разнообразны – от установки металлических дверей, решеток на окнах, охранной сигнализации, домофонов, психологической и социальной помощи «группам риска» до эффективной социальной политики, совершенствования законодательства, организации «соседского контроля», обеспечения «community policing», т. е. взаимодействия населения и полиции (милиции) и т. п.