Порция красивого яда
Я должен ненавидеть ее за то, что она сделала. Никто бы меня за это не осудил — даже ее брат. Боль, которую я испытал в тот день, разорвала меня на части, пока не осталась лишь оболочка того человека, которым я был раньше. И теперь мне остается расхлебывать последствия.
Из-за ужасных новостей моя жизнь выходит из-под контроля. Если я не возьму себя в руки, то могу потерять все. Но ничто не режет глубже, чем осколки разбитого сердца, а шрамы, которые не исчезают, не дают мне покоя.
Все изменилось, когда произошла трагедия. События той ночи до сих пор преследуют нас во сне. Мы думаем, что самые мрачные моменты остались позади, оставив черное пятно на нашем прошлом, но понимаем, что этот кошмар еще далеко не закончился.
Кто-то знает наши секреты и рискует жизнью тех, кого я люблю больше всего на свете. Никому нельзя доверять, особенно когда враги жаждут мести, но мы не собираемся сдаваться без боя.
Я сожгу весь мир дотла, прежде чем позволю кому-либо причинить ей боль — даже если она виновата в том, что причинила боль мне.
![Порция красивого яда](/uploads/covers/2023-10-31/porciya-krasivogo-yada-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Келси Клейтон
- Жанр: Современные любовные романы
Читать книгу "Порция красивого яда"
— Кстати, — говорит ему мой брат, — нам скоро нужно будет перенести бильярдный стол наверх, пока не начался летний ажиотаж.
Конечно, мистеру Серфермену есть что сказать по этому поводу. — Ух ты! Я чертовски хорош в бильярде!
— Не сомневаюсь, — пробормотала Мали.
Он качает головой. — Не, серьезно. Я могу надрать задницу любому в бильярд! Я профессионал.
Мали смотрит на меня и ухмыляется, и я уже знаю, к чему она клонит. — Почему бы тебе не положить свои деньги на стол?
— Хорошая идея! — Он ставит пиво на стойку, и Хейс снова берется за чистящее средство, пока Кэм не останавливает его. — Я ставлю сто долларов на то, что смогу выиграть у любого в этой комнате.
Да, хорошо. К черту. Давненько я не заставляла кого-то чувствовать себя маленькой сучкой. А этот парень, похоже, только и ждет, чтобы его унизили.
— Я приму это пари, — говорю я ему.
Его глаза загораются. — Полегче, красотка. Ты хоть раз играла в бильярд? Я не хочу этим воспользоваться.
Я поджимаю губы и смотрю на стол. — Раз или два, но не волнуйся за меня. Я могу позволить себе потерять сотню баксов.
Хейс усмехается, вспоминая, как я играла против него, и мое внимание тут же притягивается к нему, только чтобы снова оторваться от него, когда Финн присвистывает.
— О, детка. Знаешь, мне бы не помешала «сладкая мамочка».
— Угу. Как насчет того, чтобы просто поиграть в бильярд?
— Или мы можем сделать это более интересным, — предлагает он. — Если я выиграю, ты должна будешь пойти со мной на свидание.
— А если я выиграю? — спрашиваю я.
Он широко раскидывает руки. — Ты получишь свидание со мной.
Я поглаживаю подбородок, делая вид, что размышляю об этом. — Пожалуй, я ограничусь деньгами.
— Как хочешь, — хмыкнул он.
Все собираются вокруг бильярдного стола, чтобы посмотреть, как я надеру ему задницу. Финн думает, что делает мне одолжение, предлагая сделать разбивку, но на самом деле он просто подписывает свое свидетельство о смерти. Прежде чем он успевает уйти, почти все шары, которые у меня есть, оказываются в лузах.
Глаза Финна сужаются на мне. — Ты маленькая лгунья.
— Я не лгала, — мило говорю я. — Я сказала, чтобы ты не волновался за меня.
Он качает головой и идет к столу, чтобы сделать бросок.
Он неплох, надо отдать ему должное. Я не говорю, что он настолько хорош, чтобы оправдывать все эти разговоры о нем, но я видела игроков и похуже. Тем не менее, у него нет ничего против меня.
— Выкладывайся на полную, потому что это единственный шанс, который у тебя есть, — говорю я ему.
Удивительно, но ему удается забить три шара, но на четвертом он промахивается. Теперь снова моя очередь. Я беру в руки кий и делаю свой бросок, топя сразу два шара. Последний шар я выбиваю с легкостью, и у меня остается только восьмой шар.
— О, как жаль, — насмехается он. — Мой шар перекрывает нужную тебе лузу, не так ли?
Я хмыкаю и смотрю на Мали. — Что это с парнями, которые думают, что они все знают? Неужели у них настолько маленькие члены, что им нужно так сильно напрягаться?
Финн жестом показывает на свою промежность. — Пойдем в ванную, и я покажу тебе, как ты ошибаешься.
У меня вырывается непроизвольный смех, а Кэм пытается оторвать руки Хейса от стойки. Серьезно, ну что с него взять, если он такой собственник, даже сейчас.
— Думаю, я просто возьму твои деньги.
Я показываю на боковой карман. Нагнувшись, я выравниваю свой удар и бью по восьмерке под нужным углом. Шар отскакивает в сторону, затем в другую, задевает один из его шаров, прежде чем закрутиться прямо в нужную лузу.
Вот и вся игра.
Финн в недоумении смотрит на стол, а Хейс достает из кассы стодолларовую купюру и протягивает ее мне. — Не волнуйся, парень. Я просто добавлю это к твоему счету.
Мы все рассаживаемся вокруг круглого стола с высокой столешницей, и ребята присоединяются к нам, так как не похоже, что кто-то еще придет в ближайшее время. Рядом со мной сидит Нолан, а напротив меня — Хейс. К сожалению, это означает, что Финн находится по другую сторону от меня, и Мали остается сидеть между Кэмом и Хейсом.
Интересно, поменяется ли она со мной?
— Знаешь, — жалуется Финн. — Если бы я знал, что ты акула бильярда, я бы не позволил тебе принять ставку.
Я пожимаю плечами и улыбаюсь ему. — Я не виновата, что ты меня недооценил.
— Да. Действительно недооценил, — признает он, а затем качает головой. — Не должно быть так горячо, когда тебя уничтожает женщина в бильярде.
Серьезно, он когда-нибудь становится менее отвратительным? Потому что сейчас он выглядит не лучшим образом.
Нолан смотрит на меня скептически. — Есть ли что-то еще, чего я о тебе не знаю? А то сегодня один сюрприз за другим. Сначала то, что ты замужем, а теперь это?
Черт. Ну вот, началось.
Хейс саркастически хмыкает, глядя на меня через стол. — Забавно. Я думал, ты ненавидишь держать нас в секрете, Рочестер.
Напряжение в комнате такое сильное, что я могу обмотать его вокруг горла и задохнуться от него. Но оно немного ослабевает, когда Финн, наконец, собирает все воедино.
— Подождите, вы двое женаты?
Хейс ухмыляется, и когда он обхватывает рукой свое пиво, я вижу это. На его безымянном пальце начертана буква «Л». Но если моя немного потускнела, то его все еще чертовски четкая.
Он протягивает свое пиво Финну с наглым выражением на лице. — Твое здоровье.
Когда все идет хорошо, всегда остается только вопрос времени, когда дерьмо попадет в вентилятор. Я уже должна была привыкнуть к этому. Я должна этого ожидать. Но я не думаю, что представляла, что все будет настолько плохо.
Нолан пытается уговорить Хейса сделать ей напиток, показывая ему свое поддельное удостоверение, но прежде чем он его делает, эта тупица признается, что оно ненастоящее. Он отказывается обслуживать ее, точно так же, как он отказывается обслуживать Мали и меня, и Нолан дуется, пока не осознает кое-что еще.
— О! — восклицает она. — Ты собираешься вернуться к своему двадцать первому дню рождения?
Все взгляды устремляются на меня, ожидая моего ответа. Мы так хорошо справлялись, не допуская, чтобы в разговоре заходила речь о моем возможном отъезде. Но Нолан никак не может понять, что происходит в этой гребаной комнате.
— Я не знаю, — говорю я ей.
Она надулась. — Ну, если ты все еще будешь здесь, я хочу вернуться ради этого. Помнишь прошлый год?
— Нолан, — предупреждаю я.
Она сейчас слишком близко подошла к опасной зоне, но она слишком взволнована, желая поделиться этой историей, и не понимает, что я пытаюсь увести ее от разговора.
— Это было так забавно! — возбужденно говорит она. — Мы использовали поддельные документы, чтобы попасть в клуб, а Лейкин танцевала на столе, как будто это место принадлежало ей. Я имею в виду, она была пьяна. Мы все были в таком состоянии.
— Нолан! — пытаюсь я снова.
Но она продолжает. — Все просто веселились и подбадривали ее, но один парень был полной свиньей. Он пытался подойти к ней и положить деньги ей за пояс. Но прежде чем он успел наложить на нее руки, Мали сильно ударила его по лицу. Они вытащили ее оттуда, пока она пиналась и кричала.
Черт!
И Кэм, и Хейс выглядят так, будто это их она ударила по лицу. Единственная вещь, которая держала нас всех вместе, ломается, и Мали выглядит так, будто ее действительно может стошнить.
Нолан, наконец, улавливает ее слова и пытается отступить, но уже слишком поздно. Они знают. Теперь мы никак не можем отрицать этого. Не сейчас, когда Хейс видит это по лицу Мали.
Он встает из-за стола и, бросив табурет на пол, выбегает из бара. Проходит несколько секунд, и Мали вскакивает, чтобы последовать за ним, и я иду с ней.
— Хейс! — зовет она, выходя на улицу под дождь. — Хейс, пожалуйста. Просто поговори со мной. Пожалуйста!
Он вскидывает руки вверх и крутится на месте. — Хорошо! Давай, блядь, поговорим, Мали. Давай поговорим о том, как ты лгала в те выходные. Как ты сказала, что не можешь провести здесь свой день рождения, потому что без Лейкин это слишком больно.
Я смотрю, как моя лучшая подруга ломается у меня на глазах, и ничего не могу сделать, пока она паникует.
— Мне жаль, — говорит она ему. — Правда. Мне так чертовски жаль.
Хейс насмехается. — Знаешь, мне чертовски надоели все эти секреты и ложь! Давай просто выплеснем все это наружу, ладно? Когда ты ее нашла?
— Что?
— Когда ты ее нашла? — повторил он. — Она просила тебя не говорить мне, когда ты узнала, где она?
Мали оглядывается на меня, и это все, что ему нужно, чтобы все встало на свои места.
— Конечно, — хмыкнул он. — Тебе никогда не нужно было ее искать, потому что она никогда не пропадала для тебя. Ты все время знала, где она, черт возьми, находится.
— Хейс, это не ее вина. Я—
— Нет! — остановил он меня. — Я не хочу ничего от тебя слышать. Не сейчас. Я достаточно наслушался от тебя за последнее время.
Мали плачет, ее слезы смешиваются с каплями дождя, льющимися с неба. Хейс смотрит на нее так, словно она так же, как и я, виновата в том, что его сердце разбито.
— Было ли что-нибудь из этого настоящим? — спрашивает он. — Были ли мы вообще друзьями, или ты просто выполняла свою работу и нянчилась со мной ради нее?
— Было, — пытается заверить она его. — Я клянусь, Эйч. Ты мне очень дорог. Ты один из моих лучших друзей!
Но его это не убеждает.
— Конечно, я тебе дорог. Но не настолько, чтобы сказать что-нибудь, пока ты наблюдала, как я ищу ее. Пока ты помогала мне искать ее. — Он делает паузу, чтобы взглянуть на меня, и я понимаю, что сейчас я тоже являюсь объектом его гнева. — У вас так много секретов друг для друга, но как насчет того, что ты скрываешь от нее?
У Мали перехватило дыхание. — Хейс, пожалуйста.
— Что? Давай, — поддразнивает он. — Расскажи ей все о том, как ты трахаешься с ее братом.
Мои глаза расширяются в удивлении, когда Хейс уходит. Это не самая невероятная ситуация. Я имею в виду, что надо быть идиотом, чтобы не заметить напряженности между ними — особенно до того, как я ушла. Я знала, что между ними что-то происходит, но я не знаю, почему она мне об этом не сказала.
Она откинула голову назад, разворачиваясь, чтобы разобраться с беспорядком, который оставил после себя Хейс. Но вместо этого она сталкивается с гораздо худшим, когда смотрит мне за спину.
— Кэм, — вздохнула она.
Его голос звучит совершенно невозмутимо, когда он отвечает. — Райли будет здесь через двадцать минут. Если ты уйдешь до этого, запри дверь.
Он собирается уходить, пытаясь пройти мимо нее, но она хватает его за руку. — Нет, пожалуйста. Не уходи. Я не могу потерять и тебя!
— Не можешь потерять меня? — кричит он. — Мали, ты, блядь, лгала мне! Я тебе доверял! Конечно, я могу понять, почему ты не сказала Хейсу, если Лейкин попросила тебя не делать этого. Это хреново, и я с этим не согласен, но я бы, наверное, поступил так же, если бы ситуация была обратной. — Он делает паузу, качая головой. — Но это моя гребаная сестра. Ты знала, как я волновался за нее, и все это время ты знала, где она! Ты знала достаточно, чтобы избавить меня от боли, и ничего не сказала!